Заповедник

Черт с ними, думаю. Обхватил стакан двумя руками, выпил. Потом с шуршанием развернул конфету. Стало немного легче. Зарождался обманчивый душевный подъем.

Сказать бы честно: " Мне это не подходит..". Но очевидно, я все-таки интеллигент.

...Мне город протянул
ладони площадей,
желтеет над бульварами листва...
Как много я хотел сказать тебе,
но кто подскажет лучшие слова?!..

Я промолчал. Но мысленно поджег ее обесцвеченные гидропиритом кудри.

Она поражала меня неизменной готовностью к любви, беседе, развлечениям. А также – полным отсутствием какой-либо инициативы в этом смысле…

Как ни странно, я ощущал что-то вроде любви.
Казалось бы – откуда?! Из какого сора?! Из каких глубин убогой, хамской жизни?! На какой истощенной, скудной почве вырастают эти тропические цветы?! Под лучами какого солнца?!
Какие-то захламленные мастерские, вульгарно одетые барышни… Гитара, водка, жалкое фрондерство… И вдруг – о, Господи! – любовь…

Твои безобразия достигали курьезов. Помнишь , ты вернулся около четырех часов ночи и стал расшнуровывать ботинки. Жена проснулась и застонала:-Господи , куда в такую рань?

• Действительно , рановато , рановато , - пробормотал ты. А потом быстро разделся и лег...Да что уж тут говорить.

Союз, лишенный обязательств. В чем и состоит залог его долговечности… Но где же любовь? Где ревность и бессонница? Где половодье чувств? Где неотправленные письма с расплывшимися чернилами? Где обморок при виде крошечной ступни? Где купидоны, амуры и прочие статисты этого захватывающего шоу? Где, наконец, букет цветов за рубль тридцать?!..

Им важно ощущение - я здесь был. Необходимо поставить галочку в созании. Раписаться в книге духовности.

К тридцати годам у художника должны быть решены все проблемы. За исключением одной - как писать?

— Ты уверен, что это жилая комната?
— Было время — сомневался. Я здесь порядок навел. Посмотрела бы, что раньше творилось.
— Крыша дырявая.
— В хорошую погоду это незаметно. А дождей вроде бы не предвидится.
— И щели в полу.
— Сейчас еще ничего. А раньше через эти щели ко мне заходили бездомные собаки.
— Щели так и не заделаны.
— Зато я приручил собак…

Мне ведь — стоит только начать. Останавливаться я не умею.

Я давно убедился: стоит задуматься, и тотчас вспоминаешь что-нибудь грустное.

"Жизнь расстилалась вокруг необозримым минным полем.."
"Проанализировать ощущение краха."

Взгляни на это прогрессивное человечество! На эти тупые рожи! На эти тени забытых предков!.. Живу здесь, как луч света в темном царстве

Всю жизнь я ненавидел активные действия любого рода. Слово «активист» для меня звучит как оскорбление. Я жил как бы в страдательном залоге. Пассивно следовал за обстоятельствами.

— Вы любите Пушкина?

Я испытал глухое раздражение.

— Люблю.

Так, думаю, и разлюбить недолго.

Есть что-то ущербное в нумизматах, филателистах, заядлых путешественниках, любителях кактусов и аквариумных рыб. Мне чуждо сонное долготерпение рыбака, безрезультатная немотивированная храбрость альпиниста, горделивая уверенность владельца королевского пуделя…

- Среди них есть талантливые живописцы?
-Да. Например Целков.

• Это который? В джинсах?
• Целков - это который не пришел.

Помню, народный судья Чикваидзе обратился к моей бывшей жене:

• Претендуете на какую-то часть имущества?
• Нет, - ответила Татьяна.

• За неимением оного...

Я — писатель, бля, типа Чехова.