Ваша честь

Жизнь идёт своим чередом , и невозможно бесконечно помнить обо всем, иначе мы испытывали бы сплошную боль

Он считал, что музыка - изящнейшее из искусств, вечное и мимолетное, как поэзия ю. Но если нет покоя в сердце... это искусство - тлен. Мне кажется, маэстро Касановас был не прав:  и из страданий, и из боли поддаётся искусство...

И тогда он заплакал. Беззвучно, но заплакал. И услышал тихий шум дождя, ровный и нежный. ...В Барселоне шёл проливной дождь, и казалось, что его струи очищают не только стены домов, но и растревоженные, измученные бессонницей души. А когда сон приходит, он приходит ко всем.

Иногда я думаю, что человеческая способность к любви бесконечно и что когда-нибудь в одном сердце может сосредоточиться столько любовных мук, что ого разобьётся 

И ад, хотя до него было ещё далеко и был он понятием расплывчатым и не лучшим образом доказанным, его страшил. И не только ад, но и другие вещи: как, например, смысл вечности. Эту мысль порождала очевидная всем истина, что жизнь нам даётся только раз. И что же тогда происходит, если мы ее испортили по ошибке? Нужно жить дальше. А если ошибка чудовищна, то, возможно, с нами навсегда останется зловещее сознание того, что мы ошиблись безвозвратно. 

И если в тот год от рождества Христова человек смотрел на небеса, не видя их, он ничем не отличался от всех прочих людей, ведь мы тоже притворяемся перед лицом собственной смерти, делая вид, что не замечаем ее. 

Истинный скиталец - это тот, кто пускается в путь, жаждая встречи с новыми миопии, и каждый вечер плачет о мирах, которые оставил позади, и особенно и родном своём крае...

… дон Рафель Массо, председатель Королевского верховного суда провинции Барселона, начинал подозревать, что жизнь - не что иное, как сплошная тоска по потерянному раю.

В этом и заключался основной дипломатический прием: достичь благоволения власть имущих, в зависимости от которых находишься. И те, кому, как и дону Рафелю, не довелось родиться ни маркизами, ни баронами, могли рассчитывать только на выгоду, приносимую служебным положением, и на состояние, которое им удавалось сколотить, если они вовремя подсуетились.

Когда жизнь по прошествии скопления удач и поражений приносит человеку мир и спокойствие, можно заключить, что ты счастлив; но если настороженность, тревога в сердце, беспокойство о том, как бы разоблачить врага, который, вне сомнения, поджидает тебя, таясь за углом, становится обычным делом и руководят тобой каждую минуту, это знак того, что счастье растаяло, как дым, и его не вернуть, оно утрачено навсегда.

О, до чего бесчеловечно одиночество, когда так хочется послушать, как рядом бьется сердце, когда тебе невыносимо быть одному...

Истинный скиталец - это тот, кто пускается в путь, жаждая встречи с новыми мирами, и каждый вечер плачет о мирах, которые оставил позади, и особенно о родном своем крае...

Когда привычка въедается в кожу, она сильнее тебя, тебе кажется, что ни жить, ни спать без этой женщины, бедняжки, невозможно.

Молодость дает тебе право шагать по жизни, выписывая различные кренделя, и даже приятно, когда есть о чем тосковать.

Заседания Аудиенсии открыты для всех. Однако это не значит, что туда пускают кого попало.

С тех пор как вышли из моды огромные кринолины, дону Рафелю стало гораздо проще подходить к дамам поближе, чтобы заглянуть в декольте, – просто захватывающее дух приключение.

Дождь на заре всегда идет тише; он не хочет тревожить пробуждающийся мир и моросит ласково и неспешно. А еще говорят, что он не шумит, потому что на заре очень подходящее время для смерти; а то зачем бы было стольким людям умирать именно в этот час. На заре род людской истекает кровью.

— Сейчас настало время искупить свои грехи, сын мой.

— Катитесь ко всем чертям.

— Что ты сказал, сын мой?

— Я сказал, можете катиться ко всем чертям. Я хочу только одного: чтобы кто-нибудь спас меня.

В детстве, на уроках Закона Божия, его учили, что главное, чтобы Бог тебя простил. Со временем он понял, что самое важное для человека - это мнение себе подобных; Бог далеко, и Его не видать.