Серебряный Ашолотль. Рассказы

Я не люблю ужасы как жанр, но люблю читать книги Анны Старобинец. Очередной сборник рассказов, вроде бы один из самых новых. Все то же. Близкие и понятные герои, и потому проективные. Почти в половине рассказов дети, что еще добавляет поводов проникнуться страхом... Несколько рассказов очень хитро построены, притворяясь по ходу дела чем-то другим. Мне больше всего понравился совершенно неужасный Аргентус, титульный Серебряный Ашолотль, и пронзительный Крио. Меньше всего понравился Пой-Пой. Последний рассказ, Статус, здорово передает привет Уальду. А Ашолотль, совершенно неожиданно, Пушкину. И еще более неожиданно, что остров Тобаго действительно в 17 веке был колонией герцогства Курляндского, современной Литвы. Старобинец умеет очень деликатно использовать страх. Она пугает не какими-то сверхъестественными ужасами, а скорее тем, что страшное происходит с очень похожими на читателя героями, что, по крайней мере, мной воспринимается очень остро. И она редко использует страх ради страха, обычно эта эмоция как смазка, которая облегчает заход какой-то идеи. И еще отмечу, что часть рассказов совершенно точно написана после февраля 22. И это чуть-чуть, кое-где проступает.

Я давно присматривалась к автору, и теперь очень рада, что наконец решилась на знакомство с её творчеством. Теперь думаю обязательно почитать у неё что-нибудь ещё.

Мне понравилось, как Анна сплетает реалистичные истории на вполне злободневные темы с суровой и местами и вовсе жуткой мистикой, и приправляет всё это ноткой иронии, ровно настолько, чтобы рассказы начали совсем точно попадать в моё восприятие мира, но не стали юмористическими, оставив достаточно места драме.
Смеяться над этими рассказами? Плакать? Что-то мне подсказывает, что вы будете чередовать.

Старобинец пишет об остром и злободневном, осмысляет то, что многие из нас проживали или о чём думали - эмиграция, потеря близкого человека, коронавирус и локдаун, дети с особыми потребностями, чувство вины за самоубийство  близкого человека и многое другое - все эти темы автор показывает нам выпукло и ярко, не стесняясь, а потом вшивает в историю серебряную нить мистики и лёгкого абсурда и одним движением выворачивает сюжет совершенно неожиданной изнанкой наружу. Что мне очень понравилось - история при этом не теряет достоверности, герои не становятся марионетками картонного театра. Героям сопереживаешь до самого финала, а финалы здесь неожиданные и очень разные в каждом рассказе.

Честно скажу, на второй половине рассказа "Линия матери" я одновременно захотела взвыть, срочно остограмиться, и заодно точно поняла что этот автор - мой, и о чём-то подобном могла бы написать я сама похожими словами.

Но всё-таки выделять особо запомнившиеся рассказы сборника я не стану - это мне пришлось бы сказать почти о каждом.

Читается "Серебряный ашолотль" на удивление легко. Не знаю, будет ли кто-то смаковать его по одному рассказу, я так как нырнула в этот густой магический реализм на первой странице, так и не отрывалась до самого конца.
Читать сборник перед сном, правда, оказалось не очень хорошей идеей - ну знаете, все эти "еще несколько страничек и спать", а потом с трудом встаёшь по будильнику - ну и за завтраком, разумеется, тоже читаешь.

Тусклая книжка. Хоррор (обещанный) отсутствует. Много социалочки, но ситуации описаны банальные, тысячу раз прописанные в других книжках и даже (много где) более талантливо: - уход из семьи отца и переживания, связанные с этим, у ребенка; - уход из семьи полигамного мужа; - буллинг в школе; - неизлечимая болезнь близкого человека и т.д. Не сказать, что подача слишком креативная. Да, рассказики кутаются в шкурку магического реализма, даже неплохо кутаются. Читать можно, но неприятно, нерадостно, не просветляет, да и не страшит. Текст душит, лучше б автор меня пугнула что-ли чем-нибудь или рассмешила, но только не эта неизбывная скорбь. Кстати, писатели - евреи, пишущие на любом языке (особенно на русском), любят подчеркнуть национальную принадлежность героев (их еврейство), а также изобразить среду вокруг них враждебной, а персонажей такими праведными страдальцами. Зачем им (писателям) это надо? Хотят вызвать сочувствие или нарочно раздражают читателя? Мне лично непонятно. Старобинец и тут (увы) не оригинальна. Любовь в рассказах присутствует - к стране,

«… где всегда светит солнце, шумит море, шуршит песок и лопаются спелые фрукты», «… где звучат, прекрасные песни. И где даже ветер оставляет сладкий вкус на губах».

Догадались к какой? К Израилю. Кстати, книжка издана дорого, с большим пиететом к автору. Текста мало, он не особо выразителен и ценен, но помещен в роскошную оболочку. Если коротко сформулировать мое впечатление от прочитанного, то оно выглядит так: настроение – тоска; сюжет – избитый; цвет – серо-коричневый. В конце концов, мне все-таки понравился (напугал) последний рассказ «Статус». Как-то зашло. Поэтому оценка будет удовлетворительная