Цитаты из книги Дом пепла

Мэтт открыл сковородку, хмыкнул и вывалил на тарелку омлет с овощами и мясом:

• Очередной монстр Франкенштейна.
• Это омлет!

- Значит, это всё слухи? Никаких плавающих гробов?

• В полночь на перекрестке может и проплыть.

" - Я хочу умереть.
- Вряд ли.
- Это кара небесная!
- Это похмелье. "

«Расскажи мне историю». Магнит на холодильнике Мэтта пялился на Даниэля простыми словами, призывая поведать что-то тайное. Будто чтобы добраться до яиц и остатков куриного мяса холодильнику нужна жертва в виде истории.

Шарлотта стояла, и у нее за спиной возвышалась стена из ее святынь - темных распятий. Даниэль чувствовал аромат яблок и вина, будто запретный плод и причастие одновременно.

Ты не можешь начать жить по - настоящему, пока не отпустишь прошлое. Ты не можешь быть живым, пока оглядываешься в бездну. Ее часть всегда с тобой. Но только ты решаешь, позволить ей завладеть тобой или стать частью тебя.

Невидимые духи, которые должны доносить просьбы людей до богов. Лоа, принимавшие жертвенный ром, но лучше всего лакавшие живую кровь. Взрежь горло курице, окропи свой алтарь, прикажи лоа - и надейся, что твоя воля окажется достаточно сильна.

Коренная ирландка, она любила рассказывать истории внукам и оставалась упрямой и непреклонной до самой смерти. Учитывая стальной характер деда Бернарда, Мэтт никогда не понимал, как они уживались. Отец однажды сказал, что просто любили друг друга.

Вивьен выглядела как настоящая южанка, которая может и бурбоном угостить, и проклянуть, а встретит с ружьем - на всякий случай. Оно даже висело тут же, над барной стойкой. Рядом с табличкой «Будь милым или проваливай».

Что ж... похоже, у каждого Эша собственные окровавленные тела, которые снятся в кошмарах.

Мэтт может приходить домой разбитым, путающимся в призраках или испачканным в крови брата - особняк в любом случае примет его в уютные объятия, успокоит и напомнит, что в мире есть что - то неизменное. Собственные корни, чтобы опереться на них и пойти дальше, расправив плечи.

Ничто так не напоминает о жажде жизни, как близкая смерть. По крайней мере, когда она обходит стороной

Мы не разделяем одну кровь, зато в нас много разделенной тьмы.

В другой вероятности Даниэль умер — и не вернулся. Он видел собственные похороны и склеп Эшей, пронеслись лица родственников. Айвори молился в своем доме на байу и не желал больше возвращаться в город. Мэтт продолжал писать брату сообщения на телефон, прекрасно зная, что они не дойдут до мертвеца. — Дан?

Чем упорнее бежишь от призраков, тем яростнее они нагоняют

• Ты либо любишь сам, либо нет. И если любишь, не ждёшь в ответ того же. Это неважно.

Принюхавшись, Мэтт ощутил прохладный аромат лаванды, Ли обычно привязывала к нему усыпляющую магию.

Возможно, в день аварии Даниэль вовсе не потерял часть души, которая так и осталась среди мертвецов. Он отдал ее, оставил на той стороне, потому что она была связана с Анаис. И лишилась смысла в момент, когда душа женщина вопила, раздираемая на части.

Кровь не всегда означает смерть. Иногда это знак жизни