Последний эльф

Когда за плечами годы голода и рабского труда, трудно думать о завтрашнем дне. Всё, что занимает мысли, – это «здесь и сейчас». Хоть немного утолить голод сейчас. Остаться здесь, потому что шагать – это изнурительно. Те, кто привык лишь исполнять приказания и из кого любое проявление инициативы выбивалось ударами хлыста, не способны делать ничего без приказа, даже если от этого зависит их жизнь!

Её сны оказались вещими. ... Роби спрашивала себя, был ли в этом какой-то смысл или это просто признак убаюкивающего, бессмысленного, но утешающего безумия, безвредного, наполняющего надеждой её тоскливую, сломанную холодом и голодом жизнь.

... доносился ни с чем не сравнимый запах чего-то горячего и вкусного, во что можно вонзить зубы и чем наполнить желудок, отгоняя голод, страх, грусть и тоску, которые всегда устраивают гнездо в пустых животах.

Конечно, он был ещё молод, но по традиции все эльфы очень рано начинают искать себе невесту, даже если им приходится ждать потом годы, прежде чем соединиться с ней браком. И выбранная супруга остаётся единственной любовью всей их жизни. Потому что любовь для эльфов слишком важна и стоит того, чтобы посвятить ей всю жизнь.

Когда он спал, слюна стекала из уголка его приоткрытого рта вниз по седеющей бороде, но даже так он выглядел умнее, чем в бодрствующем состоянии.

Йорш закрыл глаза и утонул в воспоминаниях. Вместе с ними пришла и тоска.

Мы не можем причинять кому-то зло, потому что зло, сделанное нашей головой, войдёт нам в голову, потому что всё то, что снаружи головы, оно и в голове, и всё то, что в голове, оно и снаружи головы!

Йорш улыбнулся воспоминаниям, но нахлынувшая тоска смыла улыбку, как волна уничтожает следы на песке. Он стал мечтать о дружбе, нежности и о каком-то лёгком, непонятном чувстве, которое не смог определить. Что-то вроде неуверенности, непредсказуемости. Чтобы в начале дня неизвестно было бы, чем он закончится. Чтобы могло произойти всё, мыслимое и немыслимое.

Потрясающая книга .. Перечитывала 1000 раз.. Умная, добрая.

Бабушка рассказывала мне, что люди кушают того, кто был живым. С розмарином. Есть здесь розмарин? Я не хочу, чтоб меня скушали.

Когда-нибудь исчезнет тень и уйдет холод.
Вернется солнце.
Снова засияют звезды.
Когда-нибудь.

Да, у людей просто талант выдумывать имена, которые вообще ничего не значат. Они никогда не поймут, насколько важно имя.

Да, когда-то эльфы были отважными воинами, но это было очень давно. До того момента, пока они не научились чувствовать боль и радость других.

Да то, что мы их уничтожили, — жест милосердия с нашей стороны, ведь всё их существование было сплошным страданием! Они были готовы сжечь себя живьём, лишь бы не постареть. Но главное, в огне рождался не новый феникс, нет, — воскресала та же самая глупая курица!

Действительно, если хорошо подумать, раз они [браки между эльфами и людьми] запрещались, то, значит, были возможны.

Туман разошёлся, и взгляду Йорша открылась вершина холма, когда-то заросшая виноградником. Йорш растерянно уставился на непонятно отчего сгоревшие участки земли. Крешо объяснил ему, что на дракона после пива находила икота.

Йорш подумал,что жизнь делится на до и после того момента, когда видишь море впервые. И если у тебя такого момента не было, тебе всегда будет чего-то не хватать.

Коли сум надто сильний — магія тане в ньому, як ото людина може потонути у воді. Але бабуся знала, як це робиться. Треба дуже сильно думати про щось, і воно справджується. Та якщо всередині тебе тільки сум, із твоєї голови вже не виходить нічого, крім суму. Тоді ти не здатний навіть вогонь запалити.