
Электронная
549 ₽440 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Читая эту книгу, я упорно отгоняла навязчивый вопрос, возникающий с завидной периодичностью: действительно ли, если ты писательница, необходима долечка той самой крови, о которой тут пойдёт речь, чтобы столь безупречно владеть русским языком и уметь нескучно описывать простейшие события и движения души? В моём списке таких писательниц, с "долечкой", у кого побольше, у кого поменьше - короче, их есть у меня. И вот - новое имя, которое я и впредь не оставлю своим читательским вниманием.
Вообще-то, и я это уже сто раз писала, я не люблю книги, которые нельзя пересказать. Ну как тут перескажешь: девчонка 14-ти лет, попавшая под один из первых наборов программы НОА, уезжает одна в чужую страну, а поскольку девочка сложная - мечтательница, борец за справедливость и, возможно, писательница в будущем, вхождение в новую жизнь ей даётся тяжко. Но в конце концов всё будет хорошо. Всё, весь пересказ. Но - на пути Зои, с детства носящей прозвище Комильфо, попадаются люди, каждый из которых - живая картина, со своими радостями и горестями. Позади у Зои остался тот самый одесский Дюк, полупамятник, полуморальный ориентир, выбранный самой девочкой на ту роль, которую сильно религиозные люди отводят Иисусу: дескать, как поступил бы он. У Зои же
Впереди у Зои - целая жизнь, но до неё ещё надо дотянуть. Чрезвычайно чуткая девушка может впадать в противоположные состояния. То ей
А то нахлынет состояние, когда
Все эти эмоциональные качели щедро разбавлены бытовыми подробностями, рассказами о более раннем детстве фантазёрки Комильфо, например, о её предчувствии любви - в 10 лет, чтобы было понятнее))).
Словом, я читала книгу чуть ли не месяц и именно потому, что пыталась изо всех сил растянуть удовольствие... Но любое удовольствие (впрочем, как любое счастье-несчастье) не бывает вечным. Вечно только благословенное Асседо, выдуманное малолетней писательницей, которая даже думала, что очень остроумно перевернула название Одесса. И только в Деревне НОА она узнала легенду или правду об этом названии:
Закрыв книгу, я вдруг поняла, что мне необходимо её иметь в любой момент под рукой. Придётся приобрести в бумаге. Хотя бы для того, чтобы в определённом настроении, скажем, встретиться с бабушкой, отчитывающей внучку, - самым здравомыслящим человеком в книге...
Или увидеть на бумаге неоспоримую истину:
Получилась у меня не рецензия, а цитатник)). Но с этой книгой по-другому никак...

Вика Ройтман
4,5
(621)

Эту книгу у меня не выходило читать побыстрее. Мозг отказывался воспринимать такое количество информации. Хотелось чуточку замедлиться, передохнуть, а потом снова отправляться в путешествие с девочкой-подростком с необычной кличкой Комильфо.
Зое четырнадцать, и она решает… Отправиться по программе в школу-интернат в другую страну. Моей сестре 14, поэтому думаю о ней, вспоминаю себя и естественно думаю о своей дочери. И знаете что? Я в глубочайшем шоке, как были бы в шоке и мои родители, к примеру, если бы я выдала им такую гениальную идею на полном серьезе. Отпустить ребенка в никуда? Одного? Нет, нет и еще раз нет! Ну да ладно, это жизнь Комильфо, и она вот такая.
Девочке исполнилось пятнадцать, и она все же отправляется по этой программе учиться. Без знаний истории своей семьи и страны, без знаний языка, культуры, менталитета, религии в конце концов. Просто разбежалась и нырнула с высоты в никуда с высоты своего юношеского максимализма и с мыслью “всем назло”.
Сначала поведение Комильфо меня жутко раздражало. Мне казалось, что она ведет себя странно и нелогично. Ей будто десять лет, потом бац, и вот уже мысли старой бабульки. Если бы не конкретизировался возраст, я бы не смогла понять сколько ей лет. Потом чувства подростка более менее выравнивались, она стала адекватнее, влилась в коллектив насколько это возможно. Подростки отдельный вид человека, чего только не пережили ребята на пути взросления, как и сама Комильфо естественно.
Книга интересная, но местами казалась бесконечной. На каждом этапе мы останавливались очень долго. Взаимоотношение с девочками, с мальчиками, длинный язык, который десятки раз подводил Комильфо, сложная ситуация в семье, если уместно вообще так выразиться, достаточно подробное описание куратора Зои, психолога. Мы будто каждого рассматриваем под лупой, окунаясь в трагедии людей. Чего только история соседки по комнате стоит. А возможно ли не пустить слезу при финальных аккордах, связанных с воспитателем Зои много лет спустя?
Эмоций много, как и у самой Комильфо. Она чувствительная натура, летающая где-то в облаках. Совершенно не мой человек, но все равно притягивающая мысли своей “непохожестью” на всех, она будто чуждая этому миру. Может быть это особенность творческих людей? Ведь судьба Зои предопределена уже с первых тетрадок с записями. Эту жизненную тропинку нужно было только лишь рассмотреть на своем пути.

Вика Ройтман
4,5
(621)

Когда мы читаем на обложке "Йерве" характеристику "подростковый роман", мы рискуем ассоциативно сместиться не туда. Эта книга - не young adult. Она очень просторная, многогранная, необычная и, на мой взгляд, будет интересна разным возрастам, начиная лет с 14-15 и далее без ограничений.
Мне очень сильно повезло, что, до того как я эту книгу прочла, мне её никто не проспойлерил. И сейчас мне очень хочется поступить с вами также - написать рецензию, которая не раскроет ту линию сюжета, которая неочевидна с самого начала, но оказалась мне всего дороже. И именно поэтому ещё читать "Йерве" было настолько интересно, а дочитав захотелось сразу вернуться к некоторым сценам, вспоминая, как всё начиналось - но уже зная, чем продолжится и закончится.
Эта история вся про переход. Про переход, и про проводников, которые нас сопровождают в наших переходах.
Живущая с семьёй в Одессе Зоя Прокофьева по прозвищу Комильфо, достигла переходного возраста, когда распался Союз. И для страны, и для Зои наступило переходное время. Тогда же Комильфо узнала о своих еврейских корнях и о том что она ровно наполовину еврейка. Это было неожиданно - у Зои всегда была одна семья, а оказалось - их две, две родовые истории, две исторические родины.
Зоя импульсивно принимает решение уехать в Израиль по программе "Наале", и это запускает в ее - и не только в ее - жизни длинную цепочку событий.
И читатель переезжает вместе с Зоей в Деревню Сионистских Пионеров и начинает там обживаться.
Сама автор много лет проработала психологом в похожей программе, поэтому она очень хорошо, изнутри, знает о чём пишет. Держа в руках книгу мы буквально попадаем в этот закрытый мир подростков и их наставников и учителей.
Очень интересно наблюдать за тем, как Комильфо учится быть в отношениях с собой и с другими людьми. Как замкнутому подростку, живущему книгами и собственными текстами, подростку с богатым воображением, сильными эмоциями и недоверием миру сложно справиться с собой, сложно понять других людей, сложно построить отношения с людьми - но она идёт во всё это, спотыкаясь, путаясь, ошибаясь и потихоньку чему-то участь.
Мы знакомимся так же с другими учениками программы, а ещё с преподавательским составом, и он, на мой взгляд, здесь состоит из чудесных людей. Да, они не идеальны, психологи, учителя, наставники, они сами не всегда сдержаны и собраны, у них не всегда получается стать выше собственных травм, но в итоге они все тут "достаточно хорошие взрослые" - достаточно для того, чтобы стать надёжным фундаментом для группы подростков, оторвавшихся от привычной жизни и строящих новую. И вот об этих взаимосвязях между коллегами и между наставниками и учениками, о том, как мы все нужны друг другу и как мы все иногда оказываемся спасением друг для друга - об этом роман тоже.
А ещё у этого произведения, на мой взгляд, очень хорошая и очень эмоциональная концовка. Давно меня так не раскачивало на эмоциональных качелях, как на последних 70 страницах "Йерве". И хороший, сильный финал книги - отдельный плюс для меня!
В повествование вплетается рыцарский роман, который пишет Зоя, он здесь тоже важен. Собственно, в самом начале он был основой книги, а у произведения Вики Ройтман было более тысячи страниц, но издатели настояли на том, чтобы большую часть рыцарского романа из книги убрать. Чему я (в отличии от автора), если честно, рада - но это моё субъективное виденье. Все, кто полюбит историю дюка и Фрида, смогут, как я понимаю, прочесть ее в сети - в конце есть указание, что целиком этот роман в романе выложен на Литресе. Я, правда, эту информацию не проверяла.
Когда я нахожу книгу, которая до глубины души потрясает меня, я наивно удивляюсь - почему об этой истории не говорят и не пишут везде и всюду?! И, надо заметить, в любимцах у меня часто оказываются отнюдь не распиаренные книги.
Я буду очень рада, если после моей рецензии, вы прочтёте "Йерве из Асседо". И нет, я не могу знать, понравится ли она вам. Но я буду осторожно надеяться, что вы не пожалеете и влюбитесь в книгу так же, как влюбилась я.

Вика Ройтман
4,5
(621)

Главное – не смиряться. И ничего никогда не забывать. Даже то, без чего невыносимо жить и страшно хочется забыть. Особенно это. Мы ведь состоим из тех, кто нас сильно любил и кого любили мы, даже если они от нас ушли.

Впрочем, в пятнадцать мы порой видим истину намного яснее, чем в сорок. Но чтобы дойти до этого осознания, следует прожить сорок лет. Как минимум.

Наверное, существуют в душе такие зоны, прикасаться к которым до поры до времени нельзя, потому что если коснешься не вовремя, незатянувшаяся рана так заболит, что продолжать дальше смиряться с действительностью станет невозможным.
Только как узнать, что рана затянулась, если никогда до нее не дотрагиваться?
















Другие издания


