Чем изысканней блюдо, тем меньше оно согласуется с истинным назначением еды.

В Нью-Йорке насильственная смерть не может стать сенсацией. Американская полиция неизбежно заразилась всеобщим равнодушием к факту убийства свободного гражданина США.

Переселенцы получали только одну свободу — свободу голодать. Но когда они осознавали это, было уже поздно. Они прочно застревали в суете бездонного болота под названием Нью-Йорк.

На то оно и счастье. На одного победителя тысяча проигравших — таков Нью-Йорк, город, где контраст между бедностью и богатством делается все резче.

... японцы раздают своп визитные карточки направо и налево.

Словом, американцы управляли Японией, сев выше японских богов.

Отверженные часто думают, что полицейские их первые гонители, которые распоряжаются их жизнью по своему усмотрению. Тут уж ничего не поделаешь.

Ничего нового по сравнению с Токио в Нью-Йорке не было. Город контрастов? Пожалуй. А в остальном такое же детище машинной цивилизации, что и Токио. Деловитость, роскошь и нищета, отчужденность, потоки машин, смрад и грязь, перенаселенность, лощеный фасад и разложение - все эти привычные для Токио явления нашли свое место и за океаном.

Сказать-то можно, да разве она услышит? Так уж устроена молодежь: бредит большими городами и, пока не обожжется, не поймет, как хорошо на родине. А расплата за юношеские мечты - собственная жизнь.

Как ни посмотри, а жизнь - это полет в одноместном самолете. Если что-то с ним не в порядке, к товарищу в кабину не перелезешь…

В Америке, в отличие от Японии, учет населения ведется не посемейно, а индивидуально. При этом указывается, с кем человек состоит в браке; имена же родителей, как правило, не указываются. Проследить родственные связи при такой системе крайне трудно.

В Нью-Йорке полно фальшивых полицейских. Да и настоящим не всегда можно доверять

Люди, искалеченные жизнью, ищут утешения в алкоголе, и рано или поздно алкоголь убивает их.

Начинать борьбу за справедливость можно лишь после того, как обеспечишь собственную безопасность.

Ни на минуту нельзя забывать, что в доме шпион. А я вот больше не могу, чтобы за мной шпионили. Мать, конечно, перепугалась, что такой «ценный материал» у нее из рук уходит.

Когда ты столько времени не видел ничего, кроме бездушных городских пейзажей, любой уголок природы, а тем более такой буйной, ласкает взгляд.

Кто хозяйничает в Нью-Йорке, тот может влиять даже на Вашингтон, определяющий экономическую политику Соединенных Штатов.

С тех пор как стражи спокойствия и порядка по соображениям безопасности начали вместе с семьями переезжать в пригороды, подальше от центра, преступность в Нью-Йорке резко возросла.

Конечно, ото не избавляло его от подозрений, но не мог же он, мужчина на иждивении у собственной жены, ради усмирения ревности пойти к ней на работу и проверить, правду ли она говорит.