Время всегда хорошее

Жвалевский и Пастернак – профессиональные литераторы, их перу подвластна и дамская романистика, и руководства для пользователей компьютера. Но изначально, по образованию оба они физики, и в центре сюжета как раз физическая проблема: путешествие во времени. Вот что стало первой причиной, по которой я погрузилась с головой в эту, собственно, невзрослую книжку. А вторая причина - эпическая по тону и драматическая по размаху полемика, которую целевая аудитория, дети и подростки, развернули на сайте конкурса "Книгуру". Противники утверждали, что "Время всегда хорошее" - адская попса, а защитники утверждали: пускай попса, зато весело. Итак, вернемся к нашему обмену временами. Ученица из компьютеризированного будущего «переезжает» в год 1980-й, а советский школьник – в 2018-й. И если до две тысячи восемнадцатого ещё дожить надо, то о восьмидесятом я какое-никакое представление имею. А авторы книги? Это, скажу я вам, вопро-о-ос. Сын обкомовца никогда не видел винограда и персиков. На политинформации семиклассникам рассказывают о проститутках. Дикие советские граждане пьют воду непосредственно из-под крана и носят чулки в рубчик. Вот где предел падения - чулки в рубчик. А уж основная коллизия – паренька исключают из пионеров за то, что он угостил одноклассников куличом, – пардон, не есть возможна. До войны - запросто. При Хрущёве, борце нашем с религиозным дурманом, - скорее всего. Но не в восьмидесятые! Тогда пресловутые куличи свободно продавались в булочных под деликатным названием «Кекс “Весенний”». А исключение из пионеров считалось таким беспрецедентным событием, что решалось не на уровне совета дружины. Подымайте выше, до заоблачных высот гороно. Да и будущее лучезарным не выглядит. Всеобщая компьютеризация достигла таких пределов, что учащиеся потеряли способность говорить друг с другом: сидят бок о бок и переписываются теми самыми SMS-ками. Учителя, спохватившись, решают проблему дедовским способом: лепят в журнал бесконечные двойки за устные ответы. Не знаю, чем провинились педагоги перед А. Жвалевским и Е. Пастернак, но и в минувшем, и в грядущем соавторы из Беларуси считают своим долгом изображать их монстрами, лишёнными представлений об этике. Ладно кулич, его кто-нибудь ретивый мог воспринять как угрозу общественному спокойствию, но устная речь... Навык диалога, эмпатия, культура взаимодействия не восстанавливается оттого, что ввели устные экзамены. Обе проблемы благополучно разрешаются, и под занавес звучат слова отца: А я ему [сыну] всё время говорю, что незачем путешествовать. Время всегда хорошее! Мы-то с тобой это точно знаем.

Неужели путешествовать незачем? Неужели любое время хорошее: и грозовой девятнадцатый год, и кровавый тридцать седьмой, и сороковые-роковые? Есть такая пословица: кому война, кому мать родна. Не хочу быть голословной, поэтому процитирую интервью писателей:

А. Жвалевский: А я считаю, что книга о том, что и тогда было хорошо, и сейчас хорошо. Е. Пастернак: Она так и называется.

Вспомним Некрасова. Великий печальник земли русской подсказывает нам важный вопрос, который во "Времени" незатейливо обойдён: "Кому именно хорошо?" В общем, мои чувства удачно выразил кто-то из школьников-рецензентов конкурса "Книгуру". Синтаксис и пунктуацию сохраняю со всем уважением:

Ещё один автор, который пишет прикольно, но во всем ВРЕТ!!!!!

Хорошая и добрая книга. Роман прочитала на одном дыхании и не хотела с ним расставаться. В романе рассказаны истории двух школьников, которые меняются местами и годами: 1980 и 2018. В каждой эпохе поднята одна из проблем того времени. В наше время все сидят в телефонах и не общаются друг с другом, причем такое наблюдается даже в кафе. В романе показана школа, где все автоматизировано, ученики все сдают электронно, общаются в телефонах и совсем не говорят в реальности. И в этой школе решили провести устный экзамен. “Ерунда”, - подумаем все мы, а для них это была трагедия. И они учились вновь общаться, а не писать. В 1980 году полная противоположность: все пионеры, все всё учат, общаются и сдают на отлично. Но, однажды, в школу ученик принес кулич в честь Пасхи. В итоге его чуть не выгнали из пионеров, а отца из партии, и вся их жизнь могла пойти под откос. Нам это покажется смешным, ибо сейчас почти на каждом шагу люди кричат о своем вероисповедании и приглашают служить своему Богу, а тогда религия была под запретом. Но в остальном все осталось схожим. Мы переживаем, нуждаемся в поддержке, помогаем. Хорошая книга, не сказала бы, что детская. Каждый почерпнет что-то для себя: про воспитание, про отстаивание своего мнения, про дружбу...

Сколько бы я ни тренировала мозги умными дядьками вроде Джойса и Кафки, а любить детскую литературу не перестану. Во-первых, она добрая. Во-вторых, она дарит массу приятных иллюзий. Например, что я быстро читаю (целая книжка за пару часов, круто же), или что я очень умная (по мере прочтения в голову приходят на удивление четкие и ясные умозаключения, аж душу греет). Правда, есть и недостатки. Все-таки сложно читать, будучи во многом гораздо опытнее, чем целевая аудитория.

Собственно, начало показалось мне банальным. Мальчик-отличник, образцовый пионер из прошлого vs слегка отбившаяся от рук девочка-живущая-в-сети из будущего. Где-то я их уже видела. А вот когда они махнулись жизнями, стало гораздо интереснее.

Ремарка: я не знаю, как писать о такой короткой и линейной книжке без спойлеров, так что они будут, причем жесткие, причем про концовку. Берегитесь.

Спойлеры

Итак, Витя и Оля поменялись жизнями. У обоих предварительно случились суровые проблемы, детские организмы не выдержали напряжения и выдали по нервному срыву, после которых очнулись ребята не в своем времени. Декорации поменялись необычно. Сами дети прекрасно помнили, как и когда они жили до этого момента. В новое время угодили и родители ребят, но они, в отличие от детей, были уверены, что всегда только так и жили. Все остальные действующие лица никуда не перескакивали, но опять же, все одноклассники Вити после квантового скачка были уверены, что всю жизнь знают Олю, а Олины однокашники из 2018-го аналогично приняли Витю.

Понятно, что, придя в себя и освоившись немного, Оля и Витя насеяли вокруг себя доброе и вечное. Оля научила пионеров высказывать вслух свое настоящее мнение и не лизать сапог системы. Витя напомнил детям недалекого будущего, что можно не только в чатике флудить, но и языком разговаривать, вслух, и в мячик играть на улице.

Во всем этом, конечно, ярко видна мораль, озвученная в названии повести. Своя прелесть была и в восьмидесятых двадцатого, будет и в конце десятых годов двадцать первого века. По идее.

Но я, честно говоря, этого не увидела.

Вот будущее, 2018-ый. Все живут хорошо, красиво и счастливо. Мама Вити, попав вместе с сыном в будущее, внешне помолодела лет на двадцать. Она говорит: мне всего тридцать восемь, у меня вся жизнь впереди. Проблема – дети перестали общаться, не вылезают из своих компов и коммуникаторов, чуть ли не разучились разговаривать, и даже просто прочитать главу учебника перед классом оказалось для них проблемой. Однако же стоило одному умному дядьке провести реформу образования и заставить всех сдавать устные экзамены, как дети волей-неволей снова заговорили. Конечно, пока плохо, но ясно, что очень быстро все наладится.

И вот восьмидесятые, самое начало. Люди усталые, недовольные, какие-то колючие все. Неудобная одежда, ужасная мебель. Время, свободное от работы, тратится на стояние в очередях по несколько часов и домашние дела, которые все еще отнимают массу сил и того же времени. Мама Оли постарела, подурнела и говорит, что ей уже тридцать восемь, она зрелая женщина. Проблема – застарелый маразм партийных идеалов, преклонение перед системой, вытекающее из него тотальное лицемерие, когда дети на собрании пионеров говорят одно, между собой – другое, и считают себя совершенно честными, потому что не представляют, как иначе. Во всем этом сквозит невероятная безнадега. Конечно, мы-то знаем, что ей всего десять лет царить осталось, но как-то печально.

Что характерно, Вите удалось решить проблему в 2018-ом году в рамках одного класса, а Оля всколыхнула это болото, но в итоге получилось только хуже. Из-за этого и пришлось меняться обратно и Вите все начинать с начала, подготовившись.

Впрочем, можно сказать, что это и не считается: все равно ведь восьмидесятые кончатся, никуда не денутся. Девяностые кончатся, нулевые, и дети восьмидесятых доживут до двадцатых годов нового века, когда все улыбаются. И будут говорить: мне сорок, у меня вся жизнь впереди.

Так что история эта закончилась, по идее, хеппи-эндом. Научившись уму-разуму в чужом времени, дети вернулись домой и принесли с собой все лучшее из своего путешествия, что смогли. Вернулись они в тот же момент, в который покинули родное время, так что в конечном итоге не Витя, а Оля растормошила одноклассников и подтянула их к экзаменам, а Витя спас своего друга Женю от исключения из пионеров. Все бы хорошо. Но беда в том, что оба «в гостях» влюбились.

Витя, в общем-то, увлекся несильно. Скорее девочка в него втюрилась, а он только ей отвечал симпатией. А девочке просто было нужно живое общение, а не чатик: когда Оля вернулась назад, девочка вместо Вити влюбилась в другого одноклассника. Оба немногое потеряли.

А вот Оля увлеклась всерьез, не на шутку, и взаимно. Я все думала, как же авторы решат эту проблему. Неужели, когда Витя и Оля разрулят все беды в родных эпохах, они снова поменяются? Или Оля будет обречена на вечную разлуку с этим Женей и забудет его?

Так, да не так. Книга закончилась толстым намеком: у Жени, который в 2018-м оказался, естественно, ровесником Олиных родителей, есть сын, тоже Женя, ужасно похожий на отца, и неплохо бы тебе, Оля, с ним познакомиться.

Мда. Вот тут-то я и пожалела, что читаю книгу уже с высоты нажитых седин. Будь мне двенадцать, может, оно бы и прокатило: тоже Женя, тоже похож, ровесник, значит, можно его любить вместо того Жени, какая разница. Но нет, я старая мудра и домысливаю дурацкие проблемы: Женя-младший окажется редкостным занудой, ничего того, за что полюбила Оля Женю-из-восьмидесятых. Иначе быть не может: Женя-один умный, начитанный и очень честный, особенно для своей эпохи, а Женя-два, естественно, будет такой же, как все, замороченный на виртуальном общении незнайка, привыкший гуглить. Зато выяснится, что Женя-старший все так же прекрасен, как прежде, так же накручивает прядь волос на палец, когда волнуется, и все такое. Для Жени-старшего прошло тридцать лет, у него давно все отболело и, между прочим, есть жена, родившая Женю-младшего. Для Оли прошло несколько дней. Она будет мучительно общаться с Женей-младшим, чтобы видеть Женю-старшего почаще, страстно ненавидеть его жену, к которой проснется нормальная женская ревность, и ничего с этой ситуацией не сделать, потому что не будет психически здоровый взрослый мужик любить девочку двенадцати лет от роду. Ужас какой-то натуральный, сюжет для мелодрамы, а не хеппи-энд. А в детстве я бы радовалась. О моя юность, о моя свежесть.

Ладно, на самом деле, это классная книжка, пусть не без пары сомнительных моментов, которые дали мне повод разворчаться на две страницы. Надо же было как-то смазать тот факт, что мне, взрослой тиотке, такая детская книжка ужасно понравилась.