Медведь по завещанию

– Может, запереть тебя еще на одну ночь?
– Может, пойдешь лесом?
– Конечно, милая. Предложение прогуляться в парке в силе.

Одно из болезненных открытий взрослой жизни: если парень ведет себя, как козел, дело в том, что такой он и есть, и не надо додумывать к его образу романтические детали. Все эти «он пытается задеть тебя, потому что не может признать истинных чувств» – чушь собачья.

На некоторое время мы сосредоточились на еде. Она была неплоха, но мне больше нравилось готовить самой. Наверное, потому что тогда появлялось ощущение, что это и правда моя жизнь, мое место. Пусть и не навсегда.

Книжный наверняка какое-то зачарованное место, потому что уйти оттуда только с запланированными покупками никогда не получается.

Пожалуй, мне нужна небольшая передышка. Вытереть набежавшие слезы, поморщиться от боли в горле, отдышаться.
Все, я готова продолжить скандал.

Может, запереть тебя еще на одну ночь?
– Может, пойдешь лесом?
– Конечно, милая. Предложение прогуляться в парке в силе.

Решение больше не вмешиваться в чужие дела потерялось где-то в углу зудящей совести.

Повезло, что у меня с Ником сразу получилось попадание. Я его не выбирала, его для меня выбрали. Вернее, меня для него.

– Люблю тебя.

Простые слова окрыляли сильнее любых пожеланий. Да что там, сильнее ведьминского пунша с веселящей магией!

Быстрый взгляд в зеркало. Столичная мода, конечно, отличалась от той, к которой мы с Ником успели привыкнуть, но, на мой взгляд, жакет и строгая юбка в пол мне шли. В вырезе жакета выглядывало пышное кружево совсем не строгой блузы, а из-под юбки – закрытые туфли на каблуках. В этом костюме, с уложенными волосами и с легким макияжем я казалась себе взрослой, серьезной… почти магиней.

Я изучала фамильяров и готовилась стать дипломированным монстрологом. Тьмушка сидела на столе возле моего локтя и бдительно следила, чтобы я все выучила.

Праматерь, мне достался идеальный мужчина! Хотя бы потому, что добавил в омлет сладкий перец, грибы и сыр.

– С твоим даром что-то случилось, но ты была рождена магом. И раз уж магия в тебе развиться не могла, развилось умение видеть ее. Я думаю, оно может еще усилиться, если ты потренируешься.

– Мама, познакомься, это Бьянка, – говорил тем временем Ник. – Моя жена.

– Брось, я давно все о ней выяснила, – отмахнулась Оллисейн. – Знаю ее едва ли не лучше, чем она сама себя.

Очередной неучтенный фактор.

Их столько всплывает, что я уже чувствую себя мухой, намертво увязшей лапками в мисочке с вареньем.

– Как думаешь, сможешь уговорить свою ведьму на вторую половину защиты? – деловым тоном спросил муж.

Прямо сейчас я способна была исключительно неуместно думать о том, что мне с ним невероятно повезло.

Мне требовалось отдохнуть и собраться с мыслями.
Делала это привычным способом: наводила порядок в голове, наводя его в окружающем пространстве.

– Так говоришь, я красавчик? – поддел он.

Хорошо хоть не придется идти до дома в напряженном молчании.

Я рассмеялась и притворно осуждающе посмотрела на него.

– Да, но невыносимый.

Он переплел наши пальцы.

Поцеловать не успел. Даже дыхание не достигло кожи, потому что библиотекарь рявкнул:

– Алавены!

Да чтоб его!