На отшибе всегда полумрак

Они думают, я такой трусливый человечешка, что мной можно помыкать?! О нет, господа детективы. Я столько лет собирал их, заботился, хранил. Я не могу их уничтожить, они мои и только мои. Один раз я уже позволил, но больше этого не повторится.

В тот вечер я смотрела в глаза зверя, которого боялась все детство. Зверя, которому теперь могла противостоять, монстра, которого могла уничтожить.

Он сам будет руководить своей судьбой, он - хозяин. Теперь ему не нужно скрываться, притворяться, жить чужой жизнью.

Хорошо бы уметь и в жизни обходить плохие финалы.

«Преступление – это не плоский лист, на котором написано имя убийцы. Зачастую преступление – это шестиугольный кубик, и ты должен видеть все стороны, даже те, которые от тебя скрыты твоей же ладонью».

Хорошо бы уметь и в жизни обходить плохие финалы.

Отец стал злее, но мы старались избегать его. Мать же стала еще отстраненнее. Казалось бы, куда же еще, но она полностью охладела к нам. Мне кажется, для нее мы превратились в мышей, которые жили сами по себе в подвале, вроде никому не мешали, но лучше, чтобы нас не было вовсе.

В каждом человеке есть два «я». То, которое мы выставляем на «витрине» напоказ обществу, и наше сокровенное «я», которое спрятано где-то глубоко, в самом темном углу магазина, а может, даже накрыто покрывалом на нашем внутреннем складе. Иногда мы стягиваем покрывало, и вот оно – наше настоящее «я».

Закрываю глаза и слышу лязг, скрежет, звон разбитого стекла и быстрый кроткий вскрик Си. Мне кажется, в тот вечер отец выключил мое детство, и какая-то дверь навсегда захлопнулась прямо перед моими глазами.