
Электронная
349 ₽280 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Начало 20 века в отечественной литературе было столь бурным, столь многообразным, столь контрастным, что многие имена талантливых людей, что творили в ту пору, просто стали со временем постепенно забываться, оставляя на поверхности истории культуры лишь самые значимые. ЕЛЕНА ГУРО - одно из таких полузабытых имён, талантливых, неподражаемых, особенных в своём самобытном даровании. Лишь 35 лет её было отпущено судьбой. её могила затеряна в посёлке Поляны, что на Карельском перешейке, ей в 1913 году посвятили сборник "Трое" футуристы Крученых и Хлебников, её "Небесные верблюжата" были напечатаны уже посмертно. А потому этот сборник её стихов и прекрасной лирической прозы, выпущенный уже в 21 веке не только помогает воскресить её имя, но и даёт полную картину творчества, такого зыбкого и чувственного.
Писал о ней поэт - переводчик Геннадий Айги.
Потому и бессмысленно в небольшой рецензии даже пытаться объять всю безграничность таланта Елены Гуро. Лишь фрагментарные точки, как путеводные, далёкие звёздочки пусть озаряют путь тем, кто вслед за мной пойдёт по дороги понимания её наследия.
Из книги "Шарманка".
СТАРЫЙ РОМАНС.
Подана осторожно карета,
простучит под окном, по камням.
Выйдет сумрачно -- пышно одета,
только шлейфом скользнет по коврам.
И останутся серые свечи,
перед зеркалом ежить лучи.
Будет все, как для праздничной встречи,
непохоже на прежние дни.
Будут в зеркале двери и двери
отражать пустых комнат черед.
Подойдет кто-то белый, белый,
в отраженья свечой взойдет.
Кто-то там до зари окропленной
будет в темном углу поджидать,
и с улыбкой бледно-принужденной
в полусумраке утра встречать.
И весь день не взлетит занавеска
меж колоннами, в крайнем окне;
только вечером пасмурным блеском
загорится свеча в глубине.
Из книги "Осенний сон".
ВДРУГ ВЕСЕННЕЕ.
Проза Елены Гуро удивительна.
Проза Елены Гуро поэтична и воздушна, она улетает ввысь, словно шарик воздушный вслед за облаками.
ГАЗЕТНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ.
Верблюжьего пуха особо теплые фуфайки, кальсоны, чулки и наживотнички.
Это делается так: ловят в засаду молодых светлых духов, длинноватых и добрых, похожих на золотистых долговязых верблюжат, покрытых пухом святого сияния. Сгоняют их в кучу, щелкая по воздуху бичом, и нежные, добродушные создания, слишком добрые, чтобы понять, как это делают боль, толпятся, теснятся, протягивая друг через друга шеи, жмутся о грубую загородку, теряя с себя в тесноте свой нежный пух.
Этот-то пух небесных верблюжат, особо теплый весенним живоносным теплом, и собирают потом с земли и ткут из него фуфайки.
– А как же бедных верблюжат так и убьют? – спросили меня с беспокойством.
– Чего их убивать, – их погоняют, погоняют, пока пух с них пообобьется, да и выпустят обратно в небо до следующего раза, а пух у них отрастает в одну минуту еще лучше прежнего.
Читать этот сборник надо не спеша, дозированно, размышляя о былом и о грядущем, что ждёт всех нас в тёмной неизбежности покоя.
Лучше же всего сказал о ней тот, кто лучше всего знал душу любимого человека, муж, художник и музыкант Михаил Матюшин:

Есть очень серьёзная тайна, которую надо сообщить людям. Это — то, что земля их очень любит.

Мир был прост и ласков, как голубь, и если б его приголубили, он стал бы летать. Но его запрягли в соху, заперли в тюрьму, и он стал торжищем и торговой казнью для простодушных, нежных и любящих.

Земля, скажи, почему одна душа смолоду замолкнет, а другая душа поет, поет о тебе…

















