Некромант для рыжей шельмы

— Помирать пока не надумала, — фыркнула она, передернув плечами. — Мне ещё котика растить и Гильдию доводить до припадка. Да и куда уж вы все без меня?

«“Дорогой дневник, всё покатилось в Бездну”, – именно с этих слов стоило бы начинать душещипательные записи о тяжелой жизни коммандера некроотдела в последние несколько дней. Правда, нытье любого рода Максу было не слишком свойственно, да и дневников он никогда не вёл. А стоило бы. Нужно же хоть где-то картинно страдать о своей зазнобе с пафосным имечком “Вильгельмина”».

– Обыскали, – растерянно откликнулся капитан Бэйли. – Изъяли два ножа, пузырек с кислотой и четыре проклятых кристалла – неплохо девочка оснащена. Остальное брать не положено, она пока что пострадавшая.

«Так, он вроде постарше отца лет на… э-э… ну, пусть будет десять, – увлеченно размышляла Билли, поплотнее запахиваясь в пальто и ежась на мерзком холодном ветру, обыденном для весны в Синтаре, – а отцу в конце года минуло бы шестьдесят. Этому, выходит, лет семьдесят? Бездна, а я точно хочу снять с него штаны?»

Нет, сначала она предсказуемо положила глаз на стервозного красавчика Эндрю Бэйли, чья мрачно-желчная физиономия так и манила устроить тому до Бездны весёлую жизнь. Но потом явился Он! Коммандер то бишь. Породистый мужик с хищным профилем и цепкими глазами. Мрачнее и желчнее Бэйли раз эдак в тысячу. И суровее. Как зыркнет, так и не знаешь – то ли во всех грехах кайся, то ли сразу штаны снимай (с него, ну а там уж и с себя можно). Разумеется, выбор тут очевиден, но всё-таки…

– Прости, друг, она у меня такая грубиянка. Хм, дать тебе имя какое, что ли… – Мельхиор, – предложило ехидное зеркало. – Иди парню своему дай, а меня не лапай. – Расколочу, мерзкая стекляшка! – Мечтай, лупоглазая. Я неразбиваемое! Прежде чем Билли и впрямь в сердцах расколотила охамевшее зеркало, Ханнэ забрала у неё артефакт и припрятала в карман пиджака. – И впрямь забавная штука, если подумать, – усмехнулась она. – Поглядим… Что, этот так и написывает?

Остаток вечера и часть ночи она сидела на полу кухни, усадив на плечо испуганного её вспышкой котёнка. Сердито тёрла мокрые глаза, обменивалась ехидными сообщениями с Ханнэ и чинила разбитую вдребезги посуду.

– Ещё про лучшие годы жизни скажи, – фыркнул Макс и кивнул на бутылку виски. – Будешь?
– Спрашиваешь! Высокогорный? – Он согласно кивнул. – Обожаю тебя!

– Уже закончила? – Ханнэ поставила рядом с ней большую чашку какао – горячего, ароматного, с маленькими зефирками и шапкой воздушных сливок сверху. – На вот, наберись сил. Некроотдел – гадкое местечко. – Спасибо, Хани, ты моя дивная прелесть! – протянула Билли, пододвигая чашку поближе. – Слушай, а куда стекляшек так много-то?

— Дорогая, ты занята? — прямо с порога поинтересовался Макс.
Эва, как всегда аккуратно причесанная, одетая в просто неприлично обтягивающее платье, подняла голову и с сомнением прищурилась.
— Чую запах еды, вижу очертания бутылки вина, а ещё ты пришел ко мне в обед. Кого надо убить? — она поднялась со своего места, чересчур ловко для таких высоченных каблуков прошествовала к нему и отобрала пакет. — О, аэльбранское! Тогда кого, когда и как нужно убить?

Мужики мужиками, драмы драмами, а котика бросать — дело последнее.

«Дорогой дневник, всё покатилось в Бездну», – именно с этих слов стоило бы начинать душещипательные записи о тяжелой жизни коммандера некроотдела в последние несколько дней.

– Как дела, Френсис?
– Держу пари, похуже, чем у тебя, – вздохнул тот. Улыбочка покинула его нервную физиономию, но только на миг. – Ну так, некромантские будни, трупье-кишки-отчеты… Особенно ужасны отчеты, конечно.

Не пустить к котикам! Милуйте боги, есть ли вообще сердце у этой некромантской ледышки?!

"Кем вообще надо быть, чтобы отвергнуть котика? "

-Нет, ну а что? Надо быть готовой к самому худшему. Ну там...мор, чума, смерть, тройняшки.

Вот уж воистину, век живи-век твори всякую херню.