
Электронная
1002.65 ₽803 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Их держит вместе одна из самых прочных форм привязанности — ненависть. Не мимолётная, не поверхностная, а выверенная, закалённая временем, с устойчивым послевкусием. Такая крепкая, что её можно было бы упаковывать в контейнеры и экспортировать как химическое оружие. Они вроде семья. На деле — энтропия в чистом виде, оформленная в семейный фотоальбом, по которому ползают мухи, выбравшие этот дом, потому что вонь здесь стабильная. Мух привлекают не люди, а результат их жизнедеятельности. И в этой книге гoвнo — не метафора, а основа композиции. Оно буквально в каждой строчке зашито между подлежащим и сказуемым.
Отец семейства — правая рука диктатора. Медалей у него много, но ему их мало. Он помнит каждую — за что дали, когда вручили, кто при этом пожал руку. Он полирует их ежедневно. Не из тщеславия, а из страха, что если хоть одна помутнеет, его начальник решит, что служба была не столь доблестной. Его религия — выслуживаться, чтобы получить очередную награду, потому что без этого он не знает, существует ли вообще.
Мать — самоназначенный детский психолог. Вместо ужина — диагноз, вместо диалога — распознавание тревожных паттернов. Книги по психологии — её Библия, а дети — ересь, подлежащая исправлению. Она не спрашивает, как они себя чувствуют. Она оценивает, насколько это чувство соответствует норме. Всё, что она делает, она делает не ради любви, а ради контроля над хаосом. Только хаос, к сожалению, разговаривает с ней теми же голосами, что и её дети.
А теперь — потомки. Эти маленькие шедевры семейной дисфункции. Кассандра, старшая, влюбляется в неодушевлённые предметы, потому что, в отличие от родителей, они хотя бы отвечают ей взаимностью. Она мечтает выйти замуж за фотокамеру, и, честно говоря, это было бы самым здоровым союзом в этом аду. Калеб — тихий мальчик с врождённым талантом к эвтаназии. Он не жестокий. Просто сама жизнь не выдерживает его прикосновения. Калия — младшая, молчаливая художница, которая рисует с анатомической точностью. Пока в её альбоме только звери — мир ещё держится. Но если когда-нибудь она нарисует бабочку, наступит апокалипсис.
Вы, наверное, решили, что это книга о семье. Почти. Отец потерял должность и остался без влияния, а без этого он никто. Поэтому он переключился на домашних, превратив жилище в военный лагерь. Теперь дети — гражданское население под контролем, дисциплина — основной смысл, а любое неповиновение приравнивается к государственной измене. Отец продолжает натирать медали — других доказательств собственной значимости у него не осталось. А мух становится всё больше, и все мы знаем, на какой именно запах они слетаются. Именно так пахнут те, кто давно лишился власти, но продолжают за нее цепляться. Но отец никогда не примет того, что источником запаха является он сам. Гoвнo точно подкинули соседи — из вредности и политической диверсии.
Очень слоистое произведение. Тут есть сатира на диктатуру — точная, злая, местами гротескная. И не только в масштабах страны — она про любую систему, где власть важнее человека, а подчинение вдалбливают, пока ты не забудешь, что мог сопротивляться. Прекрасное размышление о том, как режим стирает личность — и тех, кто не согласен, и тех, кто на него работает. Есть аллегория на общество, которое считает нормой единственную форму любви. И если ты не помещаешься в рамку, то утрамбовывать будут тебя, а не расширять границы. Есть и разговор о семье, где дети — не индивиды, а проекты с дефектами, подлежащими срочному исправлению. Родители, как и режим, не видят в ребенке человека — только заготовку, требующую коррекции. И это лишь то, что лежит на поверхности. Остальное — под слоем мух. Хотя, возможно, мухи и есть самый главный слой.
Очень страшное произведение. И смешное. И противное. И прекрасное. Здесь много гнили, мёртвых тел, дepьмa — в буквальном и переносном смысле. Но при этом — удивительная красота. Красота в тексте, в метафорах, в том, как именно рассказана эта история. Сюжет выверен до последней мухи, смысл многослойный и пронзительный. Но сильнее всего поражает язык: он не просто точен — он гипнотизирует. Некоторые образы пронзают, другие — прилипают, третьи — продолжают жужжать в голове, как будто муха застряла между виском и затылком. Эта книга оставляет грязь под ногтями и странное понимание, что теперь ты чуть менее целый, но намного более настоящий.
Очень специфическое произведение. И я в подвешенном состоянии. С одной стороны — я точно знаю, что книга не для всех. Те, кто читает романы про «настоящие семейные ценности», где дети — благословение, а родители — святые, сбегут с криком уже на пятой странице. А те, кто ищет магический реализм, будут шокированы количеством дepьмa. С другой стороны, мне ужасно хочется, чтобы эту книгу прочли все. Абсолютно все. Даже если потом им придётся дезинфицировать мозги хлоркой. Но я никому не посоветую эту книгу — мне дорога ваша психика. Просто оставлю эту рецензию, как дохлую муху на подоконнике: мол, делайте с этим что хотите. Но если вы дотронетесь — вините себя. И не говорите, что вас никто не предупреждал.

- Коленька, передай мне, пожалуйста, соль. - сказал мужчина с раскидистыми усами, которые приходилось постоянно подкрашивать последние несколько десятков лет, чтобы дамы на телеэкранах по-прежнему восхищались его красотой, несмотря на несколько редких волос, зачёсанных на бок и его nravoychitelnyi разговор с непонятным для многим акцентом.
- Держи, папочка. А где наш маленький шпиц? - спросил уже взрослый мальчик, который метил на папино место, после того, как того разочаровали старшие братья.
- С ней Машенька сейчас гуляет. Как думаешь, какую ей премию выдать? «За духовное возрождение» она уже получила. Может за лучший выгул собак и любовь к лучшему представителю этой страны? Всё равно мне никто не смеет перечить! Кстати, где перед и немного селедки, чтобы мне было что есть перед сном. Не мясо же есть мне в конце-концов подавая пример остальным?
- Ты можешь всё... Папа, а ты любишь читать?
- Зачем? Я люблю считать и приказывать. У меня нет времени, чтобы узнавать что-то из книг. Вечные подсчеты урожая, политически неверных людей. Когда ты мне прикажешь читать и почему ты вообще об этом спросил?
- Просто мне недавно попалась одна любопытная книга. Мне часто её советовали в интернете. Я случайно наткнулся.
- Ты читаешь что о нас пишут? Это всё вздор и проделки западных служб! Не верь всему этому! Эти люди просто хотят раскачать нашу лодку!
- Я не поверил, но просто...
- Что?
- В ней так много всего похожего на нашу реальность...
- Расскажи мне о ней! И допивай молоко! Цебе трэба расци!
- Касандра, Калеб и Калия — дети высокопоставленного военного, фанатично преданного местному диктатору с которым он состоит в некоторых родственных связях. Верный идеям тоталитаризма отец требует подчинения, но дети мечтают о революции и свержении тирана. Станет ли это началом войны за независимость внутри отдельно взятой семьи или всей страны в целом? Элайне Вилар Мадруга создала жуткий, апеллирующий к человеческому бессознательному мир, сотканный из детских страхов, и наполнила его навязчивыми, словно мухи, символами и метафорами.
- Цикава. Но я не дикатар! Я хороший чалавек! Спраси у людзей. Они всё просят и просят, чтобы я рукавадзил! Больше некаму. Одни идиоты кругом. Я сколько людзей памяняу местами на далжнастях! Они каждый раз лухту нейкую робяць!
- Послушай, отец... Я очень сильно тебя люблю, но мне кажется, что ты заблуждаешься. Среди людей много тех у кого не только большое сердце и ум. Кто мог бы руководить лучше тебя и найти людей из толпы увидев в них огонь и возможность сделать что-то лучше, чем было сейчас. А ты их выгоняешь из страны и сажаешь в тюрьму.
- Вранье!
- Автор показывает через детей различные слои населения и проблемы внутри диктатуры. Через отклонения, диалоги, вплетает в читателя мысль о взгляде под другим углом, даже если он считал нормальным подобные вещи. Мир страха, мух и испорченных мгновений, которые могли бы быть совершенно другими. Он приводит в ужас, доводит до мурашек и заставляет испытывать наслаждение по мере прочтения текста. Сумасшедшая мать, бедные дети, правители и люди которые их восхваляют из-за собственных недуг, неумения фантазировать или собственных страхов.
- А что маць? Что он о ней говорил?
- Нужно быть настоящей женщиной, чтобы признать: счастливое материнство - это утопия. Нужно быть настоящей женщиной, чтобы не плюнуть в этих трех сукиных детей, которых ты выкормила, которые ни разу тебе не улыбнулись, никогда тебя не любили и всегда четко видели цели в своих жалких жизнях.
Нужно быть настоящей женщиной, чтобы прийти к чему-то такому: любовь - это не биологическое состояние, а процесс обучения, который может внезапно оборваться при определенных обстоятельствах.
- Чертова девчонка. Проклятая молодежь. Видимо, молодость - синоним глупости.
- Но люди не настолько глупы, как ты думаешь! Даже я под гнетом твоих идеологических линий и внушённых мне идеалов, что-то понимаю. Я надевал бронежилет, смотрел на то, как ты бегаешь с автоматом и называешь в ответ людей тараканами за то, что они так справедливо тебя назвали для остальных. Дети с поломанной психикой. Люди, которые не понимают как можно жить по-другому. Усатый генерал не идиот. Идиот тот, кто так считает и тот, кто не читает подобные книги, разрезая другие взгляды, как бумажные лоскуты, принимая только то, что ему близко и во что хочется верить. Люди гибнут как мухи, а в той гиперболизации, символизме и множестве метафор из книги только лишь глупый не поймёт глубины.
- Ты хочаш сказать, что я её бы не понял?
- Нет. Ты понял бы её больше, чем кто-то другой. Она написана гораздо талантливей, чем множество вещей на подобные темы. Помнишь этого... Филипенко о сыне?
- Отвратительна!
- Да. На фоне этого произведения она похожа на лепет младенца, пускай тут нет конкретных имен и событий, но в ней больше изысканной боли. Прочти её. Может быть что-то изменится. В ней много о власти, предательстве, отношениях внутри семьи и боли целых народов.
- Нет. Я оставлю это всё для тебя и тех, кто захочет прочесть её после строчек рецензии.
- Жаль, что всё будет как прежде... А вы... "Читайте хорошие книги!" (с)

В топ самых странных (читай ужасных) книг. Но слово «ужасный» тут нужно рассматривать в положительном контексте.
Она настолько откровенная, резкая, прямолинейная, что вводит читателя в шок (ну меня то точно!)
Местами глаза лезли на лоб, я перечитывала абзацы с надеждой, что мне это показалось. Нет, не показалось.
Итак, вас ждет одна очень необычная семья, настолько необычная, что пока ты с ней знакомишься, по спине прошибает холодный пот
Роман о тирании, о диктатуре, о подчинении через силу, через власть. О том, что твой дом может стать самой страшной тюрьмой из которой возможно нет выхода. Или есть. Но какой ценой!?
Это и мерзко и трагично одновременно. Не могу сказать, что мне понравилось, но и о том, что нет, тоже. Странный, очень странный. И вполне свежо, если смотреть в разрезе современной литературы.
Пока читаешь, есть ощущения, что эти мухи ползают по тебе, ты слышишь их отвратительное жужжание, а отмахнуться не можешь. Строго 18+ и особо впечатлительным не читать!

Думаю, быть чем-то или кем-то хорошим, ну не знаю, например хорошим человеком, довольно сложно.

Для нее любовь заключалась в возможности завладеть новой парой туфель и отсутствии необходимости надевать сапоги и маршировать на параде, натирая мозоли.

Все семьи устроены по-разному, и у каждой свои странности, но наша с легкостью взяла бы золото на олимпийских соревнованиях среди небла-гополучных семей.
















Другие издания


