Закат Западного мира. Очерки морфологии мировой истории (сборник)

Фигура Освальда Шпенглера (1880–1936) стоит особняком в истории немецкой и мировой мысли. Шпенглер попытался в одиночку переосмыслить общепринятые взгляды на эволюционное развитие человечества: он выступил против линейного описания истории как бесконечного неостановимого прогресса. Вместо этого он предложил концепцию циклического развития, согласно которой новые культуры возникают, переживают период расцвета, а затем проходят через этапы упадка и гибели. Каждый такой цикл длится около тысячи лет...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

8 оценок

5
38%
4
25%
3
38%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 9Хотят прочитать 70

Рецензии

Hermanarich1 января 2026 г.
Попытка не испугаться (том 2)
Отзыв пишется по изданию: Шпенглер О. Закат Западного мира: Очерки морфологии мировой истории: в 2 т. Т. 2 / Освальд Шпенглер ; пер. с нем. И. И. Маханькова. — СПб. : Азбука, Азбука-Аттикус, 2023. — 832 с. — (Азбука-классика. Non-Fiction).
Отзыв на первый том тут.
Продираясь через очередные размышления автора (на этот раз относительно биологии, архитектуры, права, политики, религии и всего остального, что автору удалось вспомнить), где-то на 200-й странице второго тома меня посетило озарение, как же надо читать данную работу. И после этого озарения читать стало гораздо легче, и процесс пошел веселее — поделюсь и с вами этим лайфхаком.
Труд Шпенглера состоит из большого, крупного узора — той самой попытки вычленить «морфологию мировой истории», и мелких стежков, и составляющих ткань самого повествования — бесконечных примеров и исторических наблюдений (но больше всего из Античности). Главное качество — уметь за бесконечным количеством мелких фактов, о которых рассказывает Шпенглер, игнорировать его основную мысль — ту, что с Закатом. Поражаясь его энциклопедичности и, подчас, достаточно точным и интересным наблюдениям (особенно в той части, когда речь идет о России — это вполне точно, особенно из его времени), надо пытаться забыть, что он хочет положить всю свою энциклопедичность на возведение колосса на глиняных ногах своей морфологической концепции. Как-только вы забываете о его «идеи-фикс», и спокойно плывете по волнам повествования — вы начинает получать большее удовольствие. Ведь чем черт не шутит — это читать действительно интересно, особенно когда автор наконец отлипает от своих дорийских колонн.
Я готов внимательно вчитываться в его зарисовки из жизни «материальной истории», как город, своим рождением, ознаменует свою смерть — высасывание как физического, так и человеческого ресурса в округе, чтоб в конце концов разрастись настолько, чтоб не суметь себя прокормить — для времени Шпенглера очень неплохо. Или попытку разграничить связку синтаксис-грамматика дефинициями язык-речь, внося столь любимую им динамическую компоненту и в филологию. Или об эволюции концепции «неверный» во времена династии Сисанидов. Ощущение, будто слушаешь умного, но слегка занудного и монологичного человека, которого не хочется прерывать разве что из уважения, и легче настроиться на его волну, и утонуть в бесконечных примера, ибо основная мысль, к которой он ведет, будет достаточно банальна и примитивна.
Как экономиста, конечно же, меня больше всего заинтересовала последняя глава данного тома (и всего произведения) — правда, здесь без особых откровений. Беря фабулу Маркса про экономические отношения как базис функционирования общества, и противопоставляя его «английской политической экономии» Смита, автор не привносит чего-то особо нового или интересного — эти примеры навязли в зубах задолго до Шпенглера. Благо, в экономике автор или поугас, или не захотел растекаться так же подробно по «дорийской колонне».
Слегка напрягала попытка автора выкристаллизовать расовую теорию — когда немецкоговорящий автор начинает рассказывать про расы как-то не ждешь ничего хорошего. Благо, сразу становится понятно, что «расовое» для автора есть нечто наподобие культурного шума, в котором он вырос и который впитал, но который ни к какому месту своей теории не смог приладить.
Самое странное здесь — концовка. Её, де-факто, нет — автор будто делает вдох, чтоб перейти к следующей, результирующей главе, финализирующей все его идеи, но тут все благополучно и заканчиваются — идут примечания и титры. Допускаю, что автор сам утомился от своей теории, и закончил — хотя, конечно, с его амбициозной задачей формализовать ту самую «спираль истории» не подвести финальную черту — выглядит странно.
Произведение очень значимое, но читать его советую не как «ключ к мировой истории» — ключом тут и не пахнет, и точно не как пророчество, а как набор достаточно разнородных, но оттого не менее интересных примеров, сделанных начитанным и наблюдательным человеком. Простите, если не увидел здесь новый священный текст.
Читать далее
88
241