Страх и отчаяние в Третьей империи

<p>Сцены, объединённые позже общим названием «Страх и отчаяние в Третьей империи», Брехт писал, по его собственному свидетельству, на основе свидетельств очевидцев и газетных сообщений. Не связанные общим сюжетом, разрозненные сцены были призваны, по словам Эрнста Шумахера, показать, как фашизм проникает во все сферы жизни нацистской Германии, «как разрушает семью, как с ног на голову ставит традиционные нормы морали, как превращает правосудие в фарс»<br /></p>

Рейтинг LiveLib

4,7

12 оценок

5
75%
4
17%
3
8%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 14Хотят прочитать 36

Рецензии

Tin-tinka13 мая 2023 г.
Все, что вы хотели знать о Германии 30-х
И мы поработили чужие народы,
Как мы поработили свой собственный народ.
Ядовито-острая пьеса, в сжатом объеме рисующая жизнь гитлеровской Германии 1933-1938 г.г. Для просвещенного читателя тут будет мало нового: тот же оголтелый патриотизм с привкусом страха, всеобщая подозрительность, расправы над марксистами и просто инакомыслящими, те же доносы, причем автор покажет как провокации со стороны специальных сотрудников, так и рядовых граждан, которые проявляют бдительность. Будет ситуация, когда приходиться опасаться даже своего ребенка и судорожно вспоминать, что произнес вслух из "неположенного", или описание поспешного отъезда жены-еврейки, которая не хочет мешать карьере мужа, но тогда, в 35-м году, они ещё говорят об этом как о временной мере, по крайней мере, делают вид, что в это верят.

Второй. А теперь начнется это самое народное единство. Я жду от немецкого народа духовного подъема в самых больших масштабах.
Первый. Сначала надо выцарапать истинного немца из этой кучи не полноценной сволочи.
Посмотрите на фюрера, когда он что-нибудь замышляет: непроницаем! Вы никогда ничего не знаете наперед. Он, может быть, и сам-то наперед ничего не знает. А потом сразу удар...молниеносно. Самые сумасшедшие штуки. И поэтому все перед нами трепещут.
Шофер. Вы берете его на подозрение?
Штурмовик. Я? Нет. Зачем? Подозрений у меня не бывает. Понимаете, подозрение - это уже все равно что уверенность. А когда так, сразу делается вывод.
Строги мы только в одном - когда коснется образа мыслей.
Кухарка. И правильно, здесь строгость к месту.
Рабочий. А какой сейчас может быть образ мыслей?
Штурмовик. Сейчас образ мыслей самый правильный. Вы иного мнения?
Рабочий. Нет. Я только хотел сказать, что сейчас никто никому не говорит, что он думает.
Штурмовик. Никто никому не говорит? Почему? Мне говорят.
Рабочий. В самом деле?
Штурмовик. Никто, конечно, сам не прибежит докладывать, что он думает.Но можно прийти и узнать.
Не обошлось и без описания диалогов в концентрационных лагерях, например, когда заключенные спорят, из-за чьей слабости пришел к власти Гитлер, или когда к арестованным применяют пытки.

Ломан (бросает лопату). Как подумаю, что сижу здесь из-за вас, из-за того, что вы раскололи единый фронт, так бы и размозжил тебе башку.
Брюль. Ну да, это на вас похоже: "Поклонись мне, как дружку, а не то снесу башку". Как же, единый фронт! Вы рады бы переманить у нас людей.
Ну что тебе стоит, свинья, сказать "нет", когда тебя опрашивают: ты коммунист? Ведь тебя забьют до смерти, меня лишат увольнительной, а я устал как собака. И почему они не поручат порку Клапроту? Для него это одно удовольствие
Встречаются зарисовки будней рабочих, бедность и трудовая повинность, которая выставляется как всеобщее благо, а так же горести лавочников, пекарей, крестьян.

Вторая женщина (кричит через плечо). Он повесился в витрине!
Мужчина. У него на шее какой-то плакат.
Первая женщина. Это прейскурант. На нем что-то написано.
Вторая женщина. На нем написано: я голосовал за Гитлера.
Ведь он сказал только, что заработки теперь нищенские. А разве
неправда? У девочки нашей неладно с легкими, а нам не на что молоко покупать. За это ведь ничего не могли с ним сделать.
Штурмовики вносят большой ящик и ставят на пол.
Один из штурмовиков. Только без сцен. Воспаление легких схватить может всякий. Вот документы. Все в порядке. Только помните - никаких штук
Ребенок. Мама, папа там в середке?
Рабочий (подошел к ящику). Цинковый.
Ребенок. А можно его открыть?
Рабочий (в бешенстве). Да, можно! Где у тебя инструменты? (Ищет инструменты.)
Жена (пытается его удержать). Не открывай, Ганс! Они заберут и тебя.
Рабочий. Я хочу видеть, что они с ним сделали. Этого-то они и боятся. Иначе бы они не запихнули его в цинковый ящик. Пусти меня!
Жена. Не пущу. Ты слышал, что они сказали?
Рабочий. Что ж, даже взглянуть на него нельзя? А?
Женщина (берет за руки детей и подходит к цинковому ящику). У меня еще цел брат, они могут его арестовать. И тебя могут арестовать, Ганс. Не надо, не открывай. Смотреть на него нам не надо... Мы и так не забудем его!

В пьесе 24 сцены, некоторые буквально на пару строк, другие же более подробные, например, об уловках штурмовика, который выискивает своих жертв на бирже труда, или о судье, который не знает, какой приговор вынести, ведь он может задеть интересы влиятельных сторон или проявить недостаточную лояльность к правительственному курсу.

Хорошо моей жене говорить,
чтобы я просто разобрал, как было дело. После этого в лучшем случае очнешься в больнице. Разве я ставлю вопрос о налете? Я ставлю вопрос о провокации. Так что же от меня хотят? Я, конечно, засужу не штурмовиков, а еврея или безработного, но которого из них засудить? Как мне выбрать между безработным и евреем, иначе говоря, между компаньоном и домовладельцем? В Померанию я ни за что не поеду, уж лучше в концентрационный лагерь! Это же невозможно, Фей. Что ты на меня так смотришь, точно я подсудимый! Ведь я же, кажется, на все готов!
Многие моменты выглядят почти абсурдными (например, сложности работы ученых, ведь идеи Эйнштейна обсуждать опасно) и горько осознавать, что подобное может происходить в реальности.

Икс. А что говорит Эйнштейн о...
По ужасу на лице Игрека Икс видит, что проговорился, и сам замирает на месте от ужаса. Игрек вырывает у него из рук сделанные им записи и засовывает все бумаги в карман.
Игрек (очень громко, обращаясь к стене налево). Чисто еврейские фокусы! С физикой это не имеет ничего общего.
Облегченно вздохнув, оба снова берут свои записи и молча, с величайшей опаской, продолжают работать.
Так что рекомендую пьесу, она небольшая, но очень насыщенная, буквально каждая строчка открывает пласт проблем, показывает горести и лицемерие того времени, когда беда явственно ощущалась в воздухе.

На пятый год вещал нам самозванный
Посланец божий, что к своей войне
Он подготовлен...

Мальчишек придурковатых
Учат: умри за богатых!..
Отдай им жизнь свою!..
Так шли они страшным парадом,
А мы провожали их взглядом,
Крича: какого рожна
Вы молча шагаете к смерти
Во имя нацистов? Поверьте,
Ведь это не ваша война!
Для любителей аудиокниг хочу отметить, что есть радиоспектакль, он, правда, включает не все сцены, но для первого ознакомления с произведением вполне подходит.
Читать далее
64
734

Все рецензии

Цитаты

Halyava20 апреля 2024 г.
Есть и судьи на нашей колеснице,
Судьи, лихо берущие заложников,
выбирающие сотни жертв,
Обвиненных в том, что они французы,
И изобличенных в любви к своему отечеству.
Ибо наши судьи собаку съели в германском праве
И превосходно знают — чего от них хотят.
2
141
Halyava20 апреля 2024 г.
ПРИЗЫВ
Мальчишек придурковатых
Учат: умри за богатых!..
Отдай им жизнь свою!..
Учители злы, словно черти,
И парни больше, чем смерти,
Боятся струсить в бою.
Хемниц, 1937 год.
2
77
Halyava28 марта 2024 г.
Тогда начнут говорить, что штурмовики в порыве национального энтузиазма воруют ювелирные изделия. Вы можете себе легко представить, как отнесутся штурмовики к вашему приговору. Этого у нас вообще никто не поймет. Как может в Третьей империи еврей оказаться правым, а штурмовики неправыми?
2
86