Цитаты из книги Dark Prince

Карма, ублюдки! Запомните это. Она всегда возвращается, чтобы укусить тебя за задницу, и не в хорошем смысле.

Кому-то может показаться, что вопрос "почему" не имеет значения, но так не бывает. Причина может вернуться и укусить вас за член. Всегда выясняйте причину, если кто-то вас надувает.

Отец не причиняет вреда своим детям. Он делает все возможное, чтобы защитить их. Дает им инструменты и знания, чтобы защитить себя.

И если я чему-то и научилась за последнее время, так это тому, что секреты не остаются в темноте, куда их засовывают. В конце концов, они находят свет в самый неподходящий момент.

Ее забота наполняет меня сразу многими эмоциями, давая надежду на то, что мы будем вместе. Ее сердце – не то, в чем я сомневаюсь. И никогда не было. Это война внутри ее толстого черепа, которая не дает мне спать по ночам, заставляя меня пить алкоголь, только чтобы глаза закрылись.

Влюбившись в дочь пахана, нужно быть уверенным, что ты знаешь хотя бы немного об особенностях русской преступной организации.

Я никогда не пойму, почему дети настолько глупы, что считают себя умнее своих родителей, которые уже были на их месте. Прошло девять лет, а она так и не поумнела. И опять же, никто из нас не станет умным, пока не обзаведется собственными детьми.

Я не против браков по расчету, если пара подобрана правильно. Любовь и уважение нужно заслужить, а не получить. Редко кто добивается этого, заставляя двух не влюбленных людей вступать в брак, рожать детей, проходить испытание временем.

Убить человека из пистолета легко и чисто. Убийство человека клинком - это грязно и индивидуально, это моя специальность. К моему сожалению, я не могу подойти к Ивану Соколову так близко, чтобы не пострадать самому.

– Вот только есть одно отличие, Рен, – она скрипит зубами, обнажая их в гневе. – Ты знал, что мне нравится Маттео. Я пришла домой и сказала тебе об этом в тот же день, когда мы были детьми. Ты не сделал того же. И это часть бреда. Мы должны рассказывать друг другу обо всем. Мы должны поддерживать друг друга.

Проблема в том, что альтернативы нет. Я лучше буду иметь маленькую частичку ее, чем вообще ничего. Это проигрышная ситуация, из которой я не знаю, как выйти.

Вопреки мнению мужа, я не стесняюсь ни одной стороны наших сексуальных отношений. Мы подходим друг другу как перчатки. Все, что он любит делать со мной, я с удовольствием принимаю, и наоборот.

– Каждый из вас должен знать меня достаточно хорошо, чтобы понять, что я делаю только то, что хочу делать. Если я хочу уйти, я уйду. Если я хочу остаться, я останусь, – она смеется, зачерпывая лед в стакан с виски, затем наливает туда по меньшей мере три рюмки девятилетнего однобочкового резерва виски. – Я не подчиняюсь ничьим приказам.

Ненависть, затаившаяся так глубоко в моей душе, хочет, чтобы я продолжал медленно высасывать его кровь. Монстр хочет видеть, как он мучается от боли, намного превосходящей нашу собственную, но я не думаю, что этого можно достичь. Нет большего страдания, чем потерять любовь всей своей жизни до того, как мы успели испытать все, что планировали.

Удивительно, как можно дать человеку немного хлеба и воды, а его сердце продолжает биться до тех пор, пока вы решаете продлить его страдания, его ад. С одной стороны, его мучения должны длиться не менее восемнадцати долгих, мучительных лет. С другой стороны, он отнял жизнь у меня, у детей, у самой Арианы. Он не заслужил тех семидесяти пяти лет, которые ему дали, когда она даже не увидела своего тридцатилетия.

Она подходит мне по всем параметрам.

К черту меня, она идеальна. Реально, я знаю, что у нее есть недостатки, у нас обоих они есть. Если бы мы были идеальными, у нас не было бы столько чертовых проблем. Мы бы жили как настоящая супружеская пара, по крайней мере.

Я бы отдала все на свете, чтобы остаться снежинкой Рена, его женой, его партнером по преступлению, его любовью.

Он был моим первым увлечением, моим единственным увлечением.

Она была моей. Она моя. Но я также рано понял, что нельзя стеснять ее независимость. Это приводит к тому, что она поступает наоборот, что заставляет меня сомневаться в ее отношениях с Мишей, ее отцом. Что только она ни делала, чтобы залезть к нему в душу, но она продолжает давить.