
dreams never end
Давайте познакомимся с Морисом Уилсоном, ветераном Первой мировой. Английский юноша, как и всё его поколение, прошел через мясорубку невообразимой доселе войны. Очутившись в так называемой мирной жизни, Морис отчаянно пытался вписаться в послевоенный мир, но не смог. Будучи авантюристом по натуре, Уилсон очень своеобразно переживал симптомы ПТСР. И та дорога, которую он для себя избрал, сделала его героем своего времени.
Великобритания после Первой мировой — это нестабильная страна, столкнувшаяся с кризисом имперской идентичности. Колонии всё чаще дают понять, что им хочется независимости, прошлый социальный порядок с аристократией во главе тоже сходит на нет. Народу нужен всплеск патриотических чувств, желательно не связанных с войной, воспоминания о которой всё еще болезненны. И тогда элита расчехляет модный во все времена повод для национальной гордости — покорение ранее недостижимых мест планеты.
Если вы добавите к этому всеобщий восторг от возможностей авиации и невероятно популярное среди аристократов увлечение альпинизмом, то вы придёте к очевидному выводу — пришла пора покорять Эверест, высочайшую точку планеты.
Но то, что для английского правительства было вопросом национального престижа, для обычного ветерана Мориса Уилсона стало духовной целью, идеей фикс. И Морис, никогда доселе не управлявший самолетом и никогда в жизни не поднимавшийся выше какого-нибудь английского холма, собрался долететь до Эвереста из Англии на самолете в одиночку, после чего всё так же в одиночку и без оборудования покорить вершину.
Если вам тоже захотелось окрестить Уилсона слабоумно отважным, я вас прекрасно понимаю. Но именно его безрассудство вкупе с щемящей сердце внутренней болью так поразили меня в этой истории. Думаю, тщеславие Мориса частично обусловливало его стремления: всё же быть первым покорителем самой высокой горы очень почетно. Но Уилсон искал в горах не столько славы, сколько духовной перезагрузки, ответа на главные вопросы своего существования. Этот вызов, брошенный себе вопреки здравому смыслу, был в своем роде актом отчаяния. Сломленный человек поверил, что только гора спасет его от призраков войны.
И знаете, приключения Мориса читаются как фантастический роман с элементами сказки. То он после пары занятий уже вполне себе уверенно управляет самолетом, то совершает аварийную посадку где-то в пустыне, то переодевается тибетским ламой, чтобы добраться до подножия Эвереста незамеченным (не забываем, что в те времена Тибет был закрытым государством). Я специально не указываю подробностей путешествия Уилсона, чтобы вы заинтересовались его историей, она абсолютно великолепна своим сумасшествием.
Я не знаю, чего искал Морис на вершине Эвереста, но его путь закончился почти что там, на высоте 7400 метров. Мы знаем о его пути так много, потому что следующие экспедиции на гору обнаружили дневник Уилсона. Этот непрошибаемый оптимист, отчаянный одиночка, стал для меня одним из образцов для подражания. Но не потому, что я мечтаю о горах. Мне близка идея, что ради невозможной цели, понятной только тебе одному, тоже можно отдать всего себя.






































