Коралина

Ну и потом, есть люди, которые ведут счет каждому дню и каждому часу, а есть такие, кто не замечает течения времени.

The cat dropped the rat between its two front paws. "There are those," it said with a sigh, in tones as smooth as oiled silk, "who have suggested that the tendency of a cat to play with its prey is a merciful one - after all, it permits the occasional funny little running snack to escape, from time to time. How often does your dinner get to escape?"

Мы хвостаты и зубасты,
Мы зубасты и глазасты...
Мы ждали здесь, пока ты падешь,
Пока мы придем, ты здесь подождешь...

Звать котов – занятие безнадежное. Все равно, что искать ветра в поле.

- Клянусь могилой своей матери - сказала вторая мама - У неё есть могила? - спросила Коралина - Конечно, я её сама туда положила, а когда она пыталась выбраться, я засунула её обратно - ответила вторая мама

- То, что должно было случиться, уже слу-чилось, - ответила мисс Форсибл, - или почти все. Не понимаю, что бы это могло быть?

— Вы ведь правда не понимаете, да? - ска-зала она. — Я не хочу получать все, что за-хочу. Никто этого не хочет. Какая радость в том, что я получу все, что мне хочется? Вот так, ни за что ни про что? А как же дальше?

И в конце концов, всегда больше боишься того, чего не видишь.

– А еще он сказал, что стоять и терпеть укусы пчел особой смелости не требуется. А вот возвратиться за очками, когда знаешь, что осы снова могут напасть, – это по-настоящему страшно. И нужно быть действительно смелым. И она шагнула в темный коридор. Пахнуло сыростью, пылью и плесенью. Кот шмыгнул за ней. – Почему? – спросил он, и в его голосе слышалась заинтересованность. – А потому, что настоящая смелость проявляется только тогда, когда ты напуган и все-таки продолжаешь действовать.

– Люди вечно разбрасываются, стремясь оказаться во всех местах сразу. Мы, коты, другие. Мы верны себе. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я говорю.

Другая мама не умела создавать. Она могла только переделывать, изменять или ломать.

Мы всегда стараемся смягчить справедливые наказания милосердием.

-Что ей нужно от меня? - спросила Коралина кота. - Почему она хочет оставить меня здесь?
-Я думаю, ей нужно кого-то любить, - ответил кот. - Кого-то, кто ей не принадлежит. А может, она хочет кого-то съесть. С такими созданиями никогда ничего не знаешь наверняка.

– Привет, – поздоровалась Коралина. – У нас в саду я видела кота, очень похожего на тебя. Ты, должно быть, другой кот.

Кот мотнул головой.

– Нет, – сказал он. – Я не другой кот. Я – это я.

Он склонил голову, его зеленые глаза загадочно поблескивали.

– Люди вечно разбрасываются, стремясь оказаться во всех местах сразу. Мы, коты, другие.
Мы верны себе. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я говорю.

Много здесь нас, посмотри.
Много нас, и мы малы.
Смотри мы, как ты растешь.
Будем здесь, когда умрешь.

Озорная моя непоседа,
Отчего ж ты так хороша?
Я кормлю тебя кашкой к обеду,
И мороженым - сколько хочет душа!
Я дарю тебе сто поцелуев,
Обнимаю сто раз руками,
Но вот чем тебя не кормлю я -
Так это булочками с жуками!

Мы малы, но нас немало,
Нас немало - мы малы...
Мы ждали здесь, пока ты придешь,
Мы будем здесь, когда ты падешь...

Коралина подивилась, почему из знакомых ей взрослых так мало кто рассуждает здраво. Иногда ей приходилось задаваться вопросом, понимают ли они, с кем разговаривают.

- Мы... знаешь, мы могли бы быть друзьями! - предложила она.

• А ещё мы могли бы быть каким-то редким видом танцующих африканских слонов. Но мы не слоны.

- Коралина! Вот ты где! Где тебя носило?

• Меня украли инопланетяне,- сказала Коралина. - Они прилетели из космоса с лазерными пистолетами. Но мне удалось обмануть их. Я надела парик и говорила с ними с иностранным акцентом, а потом убежала.