Моя жизнь в искусстве

Хорошие слова приходят не тогда, когда во что бы то ни стало хочешь их сказать, а тогда, когда о них не думаешь, когда они сами становятся нужными.

Когда играешь злого, - ищи, где он добрый. Когда играешь старика, - ищи, где он молод.

Нынешние артисты всё больше сложа руки сидят и ждут вдохновения от Аполлона. Напрасно, батюшка! У него своих дел достаточно.

Московский Художественный театр не нанимает, а коллекционирует своих артистов.

Если нельзя играть на сцене, то хотя бы в жизни!

Чехов — неисчерпаем...

"Если у тебя есть мастерства на сто тысяч франков, купи еще на пять су".

...театральное дело в те времена находилось, с одной стороны, в руках буфетчиков, а с другой — в руках бюрократов.

Нелегко воспитывать уже взрослых людей, которые хотят быть самостоятельными и учить других.

«Я же доктор по профессии, но иногда пишу в свободное время», — говорил он очень серьезно.

Русский человек, как никто другой, заражен страстью к зрелищам. И чем более оно волнует и захватывает душу, тем оно для него привлекательнее. Драму, где можно поплакать, пофилософствовать о жизни, послушать умные слова, простой русский зритель любит больше, чем разухабистый водевиль, после которого уйдешь из театра с пустой душой.

Скрывание чувства ещё больше разжигает его.

Я мог заставить себя говорить громко, действовать энергично, но когда насилуешь себя, усиливая громкость ради громкости, бодрость ради бодрости, без внутреннего смысла и побуждения, - становится ещё стыднее на сцене. А рядом со мной подлинные артисты всегда были чем-то изнутри заряжены, что-то их держало неизменно на определённом градусе повышенной энергии и не позволяло ей падать.

И еще условие: вы – директор того учреждения, которое должно просвещать общество. А актеры – ваши ближайшие культурные помощники. Будем же помнить это и будем разговаривать с ними не как с проститутками и рабами, а как с теми лицами, которые достойны носить высокое звание.

Лишь только публика поняла, что хлопать можно, что хлопать не стыдно, начались сначала громкие аплодисменты, потом вызовы, а в заключение — овации.

Сегодня - Гамлет, завтра - статист, но и в качестве статиста он должен быть артистом...

Молодые актеры! Бойтесь ваших поклонниц! Ухаживайте за ними, если угодно, но не говорите с ними об искусстве!

Он был наивен, как четырнадцатилетняя девочка, и до смешного верил всему, что ему говорили и чем его пугали.

«А что же нужно подносить?» «Клистирную трубку. Я же доктор, послушайте. Или носки. Моя же жена за мной не смотрит. Она актриса. Я же в рваных носках хожу. Послушай, дуся, говорю я ей, у меня палец на правой ноге вылезает. Носи на левой ноге, говорит. Я же не могу так!»