Мадонна в черном

И в силе есть своя слабость.

Политика, промышленность, искусство, наука – все для меня в эти минуты было не чем иным, как цветной эмалью, прикрывающей ужас человеческой жизни.

Сэнсей, Акутагава-сэнсэй - в последнее время это были самые неприятные для меня слова. Я был убежден, что совершил массу всяких преступлений. А они по-прежнему называли меня "сэнсэй"!

Чувствуя запах младенца, похожий на мышиный, он не мог удержаться от горькой мысли: "Зачем он родился? На этот свет, полный житейских страданий? Зачем судьба дала ему в отцы такого человека, как я?"

Все, что в нас заложено, должно быть доведено до совершенства. Это единственный путь стать буддой.

... если "человечность" перестанет волновать, жизнь превратится в психиатрическую лечебницу, обитать в которой невыносимо.

Мудрец - тот, кто и тернистый путь усыпает розами.

Проследить цепочку событий и изложить их на бумаге – значит пережить всё заново.

В тридцать лет он обнаружил, что как-то незаметно для себя полюбил один пустырь. Там только и было что множество кирпичных и черепичных обломков, валявшихся во мху. Но в его глазах этот пустырь ничем не отличался от пейзажа Сезанна.
Он вдруг вспомнил свое прежнее увлечение - семь-восемь лет назад. И в то же время понял, что семь-восемь лет назад он не знал, что такое колорит.

• Вы мечтаете о смерти?
• Да... нет, я не так мечтаю о смерти, как мне надоело жить.