Черные розы

Прежде чем пойти дальше, ей нужно было столкнуться со своими демонами лицом к лицу.

Мы все видим себя не так, как нас видят другие, – говорит он. – Мы видим в себе худшее.

– Ты была на благотворительном вечере. – Она протягивает руку для пожатия. – Дженис Грейсон, дочь Нила Грейсона.
Когда Пайпер вопросительно на нее смотрит, мне трудно удержаться от смеха.
– Ну ты знаешь Нила Грейсона, – продолжает Дженис, – парня, который владеет командой «Нью-Йорк Джайентс».
– А-а-а-а-а, – протягивает Пайпер, словно только что об этом узнала. Она пожимает руку Дженис. – Пайпер Митчелл, дочь Брюса Митчелла. Парня, который любит трахать мою маму.

– Просто чтобы ты знала, я уже нахожусь в опасной близости от переезда в Нью-Йорк.
Сердце у меня проваливается куда-то в живот, и я опускаю глаза. Я вздыхаю:
– Тебе не стоит переезжать в Нью-Йорк, Мейсон.
– Почему?
– Нью-Йорк – это темное и страшное место, – объясняю я. – В тени там притаились демоны. Улицы полны грязи. Люди бездомные и сломленные.
– Нью-Йорк необязательно страшен, Пайпер. Особенно если ты с кем-то, кто тебе дорог. Нью-Йорк может быть прекрасным. Даже волшебным.

У него потрясающий вкус. Вкус всего, чего я хочу от жизни. Вкус рая.

Понять Пайпер Митчелл – все равно что разгадывать китайскую головоломку. Когда мне начинает казаться, что я движусь в правильном направлении, я снова оказываюсь в самом начале.

– И это все, чего он хотел? Компании?
– Да. Это все. Ну, не могу сказать, что там они с Чарли делали за закрытыми дверями, – дразню я Мейсона. – Но я бы сказала, что для девяностолетнего старичка он еще о-го-го.

– Я понимаю, что ты в этом еще не убедилась, но я чертовски хорошо целуюсь.
– Это тебе кто сказал? Твоя левая рука?

– Ты принесла в мою жизнь обещание, Пайпер. Несколько лет я жил ради одного-единственного человека – ради своей дочери. Но когда я с тобой, то будь я проклят, если я не вижу возможность другого будущего – и за это я тебе благодарен.

Я протягиваю ей желтую.
– Эта за нашу дружбу. Благодаря тебе я стал лучше как друг, как человек, как мужчина. И я буду ценить это еще долго после того, как с этого цветка опадут все лепестки.

Сначала я даю ей белую.
– Ты достойна этой розы. Ты достойна всего, что только возможно в этой жизни. Я дарю тебе эту розу, потому что я буду ждать тебя: не важно, сколько времени мне потребуется – семь недель или семь лет. Я буду ждать. Я никуда не денусь.

Каждый день дарит нам новое начало. Когда солнце садится, оно забирает с собой все плохое, чтобы завтра можно было начать с чистого листа.

За каждой татуировкой скрывается какая-то история – по крайней мере, за каждой татуировкой, которая стоит того, чтобы ее сделали.

Все отношения заканчиваются. Смертью, разводом, скукой, насилием. Все отношения заканчиваются плохо.

Моя судьба уже решена. Она окутана тьмой, которую мне никогда не преодолеть.

С хорошими людьми тоже может произойти что-то плохое. Просто нельзя позволять прошлому определять наше будущее.

Ты и представить себе не можешь, насколько потеря столь близких людей может изменить твою жизнь.

Если я могу пробежать марафон, просто думая о ней, могу себе представить, на что я способен, если она будет рядом.

Люди взрослеют и меняются, и ты ни черта не можешь с этим поделать.