Старый быт новым бит
Не шибко захватывающая, но в целом интересная книга про то, как в двадцатые годы прошлого века пытались совместить каждодневную жизнь и строительство социализма. Тема занимательная и не сказать что хорошо изученная, хотя пишет Энди Уиллимотт, преподающий современную русскую историю в Лондонском университете королевы Марии, суховато и местами утомительно - что довольно иронично, учитывая энергию, максимализм и энтузиазм героев книги.
Книга по сути рассказывает о социализме снизу - добровольном, без приказа, но с гранатами и песнями. Автор рассматривает так называемые коммуны - группы молодых людей, добровольно решивших жить вместе для ускорения строительства светлого будущего и характеризовавшиеся отсутствием частной жизни, общими финансами, подчинением единицы коллективу и попыткам научной организации труда, отдыха и быта. Делает он это двояко - видит в них как проводников идей социализма в каждодневную жизнь, так и способ низовых организаций предъявлять свои идеи и понимание социализма верхам и другим слоям населения страны. Довольно подробно описывает коммуны как средство сопротивления НЭПу - как с точки зрения самих участников, так и партии.
Видно, что Уиллимоту немного сложно пробираться через плохо переводимые на английский все эти специфически русские/советские термины вроде мир, быт, общественность, шефство, самодеятельность, но они ему нравятся и он реально старается - надо отдать ему должное. Хотя при этом и не замечает отрицательной коннотации в слове штурмовщина.
При описании деятельности различных коммун (студенческие, бытовые, производственные) автор опирается на те примеры, которые имеют хорошо задокументированную базу - воспоминания участников, коммунальные дневники, письма и газетные отчеты. Поскольку подавляющее большинство коммун были ну очень похожи друг на друга (вне зависимости от своей успешности) и занимались в общем-то одной и той же деятельностью, то примерных случаев (коммуны при институте Герцена, заводах АМО и Каучук, Томском университете) вполне достаточно, чтоб представить их все - как в капле увидеть океан.
Имя Сталина упоминается автором нередко (что естественно), но это скорее портрет на стене, и только в конце книги, благодаря статье "Головокружение от успеха" он появляется как деятель; сложно, однако, не заметить, что коммуны, с их тягой к научной организации труда, борьбе за коллективизацию и ударничеству, помогали именно его политике "социализма в одной стране"; будучи питательным бульоном для классовой войны и инструментом мобилизации снизу, они с радостью нападали на всех, на кого указывала власть - нэпманов, кулаков, спецов, "вредителей", но и как любые радикалы, временами вынуждали власть идти в своем кильватере.
Уиллимот полагает, что некоторые практики социализма появились в том числе и благодаря коммунам - например, самокритика, которую коммунары активно внедряли в свой быт еще до того, как это стало мейнстримом. Особенно много у коммун, считает автор, позаимствовал Комсомол, что естественно, но, скажем, в книге также активно намекается на производственные коммуны как предвестники стахановского движения. С другой стороны, несколько раз, к сожалению, было так, что британский историк указывал на какой-то аспект жизни коммун, а потом на похожее явление, одобренное партией, полагая, что здесь есть прямая связь - и может она там есть, но такую корреляцию все-таки надо как-то доказывать, а не просто радоваться внешнему сходству.
Несколько меланхолично автор отмечает, что коммуны кончились так же как начались - самостоятельно. Никто их не громил, никто не бросал активистов в лагеря, и никто не ставил лидеров к стенке - оказывается, в стране Советов бывало и такое. Просто произошли изменения в идеологии, власть сделала ставку на порядок и профессионализацию, и после краткого периода сдержанной газетной критики коммуны потеряли свой шарм, молодые стали старше и ушли на работу в госаппарат, где в общем-то делали все то же самое. Мода прошла, полезность пропала, оставшиеся коммунары отказались от общего котла и перешли на хозрасчет.
Вместо постскриптума: Несколько раз автор сравнивает советские коммуны двадцатых с общинами хиппи шестидесятых, указывая на их явное сходство, но не забывая отметить и разницу - в отличие от хиппи советские коммунары не только разделяли государственные ценности и идеи, но и активно распространяли их. Мне же кажется, что деятельность советских коммун можно с оговорками сравнить с активизмом современных левацких прогрессивистов на Западе - с их убежденностью в своей правоте, агрессивном навязывании всем своей точки зрения и организации давления на всех несогласных или даже просто пассивных.
33 понравилось
