La guerra de los Mundos

He was a lucky man to have friends.

"Ибо человек живет и умирает не напрасно."

Я очень устал и меня раздражали постоянные вопли священника и его эгоистическое отчаяние.

Заплатив биллионами жизней, человек купил право жить на Земле, и это право принадлежит ему вопреки всем пришельцам.

Кто такие эти марсиане?
- А кто такие мы сами?

Человек, не потерявший голову от страха, пройдет везде.

Но кто живёт в этих мирах, если они oбитаемы?.. Мы или они Владыки Мира? Разве все предназначенo для человека?
Кеплер

Прежде чем осудить их слишком строго за это, мы должны припомнить, как безжалостно и жестоко наша собственная раса уничтожала не только животных, как, например, исчезнувших бизонов и додо, но и низшие человеческие расы.
Тасманийцы, несмотря на свой человеческий облик, были стерты с лица земли европейскими переселенцами в течение лишь пятидесяти лет. Такие ли мы апостолы милосердия, чтобы иметь право роптать на то, что марсиане задумали вести такую же войну и против нас?

Без сомнения, так же как и я, тысячи людей, бодрствуя в эту ночь, думали о том, понимают ли нас марсиане. Поняли они, что нас миллионы и что мы организованны, дисциплинированны и действуем согласованно? Или для них наши выстрелы, неожиданные разрывы снарядов, упорная осада их укреплений то же самое, что для нас яростное нападение потревоженного пчелиного улья?

«Там, где нет перемен и необходимости в переменах, разум погибает»

В остальном мире поток жизни катился так же, как он катился с незапамятных времён. Лихорадка войны, которая должна была закупорить его вены и артерии, умертвить нервы и разрушить мозг, только началась.

Не разу ещё за всю историю не двигалось и не страдало вместе такое множество людей.

К тому же смерть не так уж страшна, это трусость делает не страшной.

Люди не живут и не умирают напрасно.

всё это вызывало во мне чувство, близкое к обмороку. Было что-то грибообразное в этой маслянистой коричневой коже, а в неуклюжей обдуманности медленных движений марсиан лежало что-то невыразимо страшное

Их описывали, как "громадные паукообразные машины, почти в сто футов вышиной, способные передвигаться со скоростью экспресса и выбрасывать интенсивный тепловой луч".

Если бы наши приборы были более совершенны, то мы могли бы заметить надвигающуюся грозу еще задолго до конца девятнадцатого столетия. Такие ученые, как Скиапарелли, наблюдали красную планету - любопытно, между прочим, что в течение долгих веков Марс считался звездой войны, - но им не удавалось выяснить причину периодического появления на ней пятен, которые они умели так хорошо заносить на карты. А все эти годы марсиане, очевидно, вели свои приготовления.