Под сенью сакуры

Наш мир - лишь временное прибежище человека, а жизнь коротка, как мимолетный сон.

И жизнь их истаяла, точно пена на воде.

Сердце человеческое подобно обезьяне, которая скачет по ветвям пяти желаний (стяжание богатств, плотское вожделение, желание есть и пить, желание славы и желание сна) и не слышит разносимых ветром звуков колокола, напоминающих о тщете всего земного.

Не одного простака удалось им облапошить, а все потому, что людские сердца сплошь да рядом пребывают во мраке.

Выходит, даже между богами существует неравенство, так что же говорить о нас, людях? А поскольку мы обитаем в суетном мире, где нет ничего постоянного, нам надлежит без устали заботиться о процветании унаследованного от предков дела и трудиться не покладая рук, дабы богу счастья, который посещает нас всего раз в году, не пришлось испытать в нашем доме ни малейшего неудобства!

Но жизнь не настолько страшна, чтобы впадать в отчаяние.

Да, так уж повелось на свете: если у человека есть деньги, все считают его и остроумным, и изысканным. А в веселом квартале с деньгами и вовсе немудрено прославиться. Хоть и старая это истина, а как не сказать: «Все в нашем мире решают деньги!

Долгие годы следовали они избранному пути, но теперь их давно уж нет на свете, как рано или поздно не станет всех, кто ныне обитает в этом мире.

Увы, жизнь редко оправдывает наши ожидания.

– Если бы десять медяков, что я обронил, остались лежать на дне, богатство страны пусть на малую толику, но оскудело бы. А деньги, которые я раздал этим людям, не пропадут втуне, они будут ходить по рукам и приносить пользу. – С этими словами Фудзицуна снова пустился в путь.

А еще говорят: «Если с человеком приключается беда, никакое богатство его не утешит». И наоборот: «Счастливым можно быть даже в бедности».

Издавна говорят: «Язык – твой первый супостат. Дашь ему волю – голова пропадет!» – да только мало кто к этому прислушивается.

Воистину, горько, когда подозрение падает на человека, чья душа ясна, как безоблачный день. Небо, разумеется, судит по справедливости, и в конце концов правда торжествует. Но – увы! – не каждому удается дожить до этого счастливого часа. Многие вынуждены страдать понапрасну, став жертвой оговора или злого навета.

Но сколько я ни ждал, встретиться с ней наедине мне не удавалось. То она говорила, что время для свидания неподходящее, то – что не может отлучиться от госпожи, но при этом никогда не отказывала напрямик. А я ведь не бог, как мне было понять, что у нее на уме? И днем и ночью жгла меня страсть, и помыслы мои неслись к ней, словно дым летучий. Если уподобить мои страдания горе, то рядом с ними сама Фудзи-сан показалась бы невысоким холмиком.

Вырос парень на славу, и многие завидовали взрачности его лица.

Узы между родителями и детьми не прерываются на протяжении одной жизни; супружеские узы - на протяжении двух жизней; узы между господином и подданным - на протяжении трех жизней.

Последние остатки былого благополучия истаяли, точно лёд на солнце.

Нынче не сыщешь чудака, который взял бы в жены девушку без приданого.