Сказание о Танне и лесной деве

– Берегись!

– Что? – Айна повернулась и тут же врезалась в ветку лбом с таким звуком, словно большой орех попал по дереву. От увиденного даже Танарогу стало плохо: ноги Айны продолжили бег под веткой, а голова неподвижно уперлась в нее. Эльфийка упала навзничь и безжизненно лежала на земле.

– Айна!

Гном остановился и склонился над ней, но она не реагировала. Он даже не знал, жива ли она. А Бестия все приближалась.

Танарог не был так быстр, как Айна, но он был сильнее. Он бросил топор и закинул эльфийку себе на плечо. Она почти ничего не весила. И гном побежал через лес между высоких деревьев и через густые заросли.

В кронах засвистел ветер. Возможно, так разговаривали деревья, но Танарог в их языке не разобрал ни слова. Словно деревья их забыли. А они не были мертвы, но и как Бладхюс они тоже не были. Гнома это немного напугало.

– Бладхюс тоже однажды станет таким?

– Не думаю. Он слишком любит болтать. А лесной народ слишком любит его и пообещал дубу, что если однажды он все-таки уснет, то построит дом у него в ветвях.

Танарогу это показалось удивительным. И немного печальным.

– Как вы с ним познакомились? – спросил он.

– Он бродит по лесу, сколько я себя помню. Сколько весь наш народ себя помнит. Бладхюс всегда в пути, всегда в хорошем настроении – и всегда в одиночестве. И вот прошлым летом один гном наконец составил ему компанию.

– Нет, тебе нужен отдых. И ты тоже в опасности. – Дед Ручей сделал паузу и медленно заговорил снова: – Нидарос охотится на тебя. Старый дракон разозлился и пообещал поймать тебя. За тысячи лет его жизни еще ни один гном не осмеливался ступить в лес Бонюру. И ты не должен стать первым.

Танарог покачал головой:

– Но почему?

Гному польстило внимание огромного дракона, но лучше бы было обойтись без этого.

– Потому что он – зло. Ему скучно. У него болят зубы. Или потому, что в его день рождения шел дождь.

Танарог выпучил глаза.

– Правда?

Ручей булькнул – похоже, вздохнул.

– Я понятия не имею. Но будь осторожен, Танарог. Пообещай мне.

Почувствовав, что вот-вот упадет в обморок, гном опустился на колени и наклонился к воде, чтобы попить. И вдруг она хлынула ему в лицо. Танн оказался в ледяной воде и отпрянул назад, чтобы увернуться от потока. Но вода продолжала заливать гнома. Он никак не мог из нее вырваться. Он тонул! У него паника! И тут маленькие ручки Айны схватили его, и секунду спустя Танн уже лежал на берегу.

– Ручей напал на меня! – отплевывался и фыркал Танарог. – Я мог погибнуть!

Но Айна лишь рассмеялась.

– Дед Ручей сказал то же самое, – произнесла она. – О тебе. Что ты напал на него. И знаешь, я думаю, он прав.

– А мне кажется, ты сказала что-то другое, – возмущенно произнесла осина, но тут же ее голос смягчился. – О, Танарог. Я слышала, ты идешь на помощь лесному народу.

Айна остановилась. Между ее шишек на лбу появилась морщинка.

– От кого ты это слышала?

– От другого дерева, ясное дело, – весело ответила осина. – Танарог же знаменитость!

Танарог рассмеялся, и дерево продолжило:

– Храбрый маленький гном, спасший нас от Бладхюса!

Танарогу было бы приятнее услышать, если бы осина сказала, что он спас лес от Бестии под горой. Но это было бы неправдой.