Солнце не восходит два раза в день, и жизнь дается не дважды, - хватайтесь же цепко за остатки вашей жизни и спасайте их...

Трудно зажечь спичку о рыхлый камень.

Один старинный социолог смотрел на всякую дурную страсть как на силу, которую можно направить к добру, а у нас и благородная, красивая страсть зарождается и потом вымирает, как бессилие, никуда не направленная, не понятая или опошленная. Почему это?

Я не без нечистых мыслей глядел на ее бюст и в то же время думал о ней: „Выучится музыке и манерам, выйдет замуж за какого-нибудь, прости господи, грека-пиндоса, проживет серо и глупо, без всякой надобности, народит, сама не зная для чего, кучу детей и умрет. Нелепая жизнь!“

Дойти до убеждения вы можете только путём личного опыта и страданий!..

Прежде всего Михаил Аверьяныч повел своего друга к Иверской. Он молился горячо, с земными поклонами и со слезами, и когда кончил, глубоко вздохнул и сказал:

• Хоть и не веришь, но оно как-то покойнее, когда помолишься. Приложитесь, голубчик.

Болезнь моя только в том, что за двадцать лет я нашёл во всем городе одного только умного человека, да и тот сумасшедший.

Приказывать, запрещать и настаивать он положительно не умеет. Похоже на то, как будто он дал обет никогда не возвышать голоса и не употреблять повелительного наклонения.

Потом они долго сидели в палисаднике, прижавшись друг к другу, и молчали или же, мечтая вслух о своей будущей счастливой жизни, говорили короткие, отрывистые фразы, и ему казалось, что он никогда раньше не говорил так длинно и красиво.

- Бог у всех один, а только люди разные.

• Хорошо-с. Если все народы поклоняются единому богу, то почему же вы, мусульмане, смотрите на христиан, как на вековечных врагов своих?
• Зачем сердишься? - сказал Кербалай... - Ты поп, я мусульман, ты говоришь - кушать хочу, я даю...

- Ходил духан, пил чай, - сказал он Кербалаю. - Мой хочет кушать.
Кербалай хорошо говорил по-русски, но дьякон думал, что татарин скорее поймет его, если он будет говорить с ним на ломаном русском языке.

Ему хотелось, чтобы его поскорее убили или же отвезли домой.

Гуманитарные науки... тогда только будут удовлетворять человеческую мысль, когда в движении своем они встретятся с точными науками и пойдут с ними рядом. Встретятся ли они под микроскопом, или в монологах нового Гамлета, или в новой религии, я не знаю, но думаю, что земля покроется ледяной корой раньше, чем это случится.

В наш нервный век мы рабы своих нервов; они наши хозяева и делают с нами что хотят.

Ласка и доброе слово выше милостыни.

А что такое человеческая порода? Иллюзия, мираж...

Ах, милая, как приятно и в то же время как тяжело быть матерью! Всего боишься.

У каждого из нас женщина есть мать, сестра, жена, друг, у Лаевского же она - всё, и притом только любовница. Она, то есть сожительство с ней, - счастье и цель его жизни; он весел, грустен, скучен, разочарован - от женщины; жизнь опостылела -женщина виновата; загорелась заря новой жизни, нашлись идеалы - и тут ищи женщину...

Дело не медведь, в лес не уйдёт.