Драконьи узелки
Сюжет из мира драконов в юбках и необъятными грудями поставлен на паузу. В седьмом томе «Дракорничной госпожи Кобаяси» Кул Кёсинндзя короткими скетчами уточняет отношения между героями в различных сочетаниях. Всё тот же юмор, переходящий за границы приличий, но исключающий какую-либо неловкость, потому что правила игры обозначены четко и бесподобно.
Ведь это мир, где главная героиня – одинокая айтишница, злоупотребляющая алкоголем и похожая на всех заурядных взрослых одновременно. Но однажды на нее сваливается «счастье» в виде эксцентричных драконов, принявших облик соблазнительных девушек, не признающих человеческих правил поведения. Но попытка очеловечиться и делает всю эту вселенную садистски смешной.
При этом мы понимаем, что мангака не пытается сочинить персонажей какой-то особенной расы. Все эти драконы – воплощение сильных человеческих страстей и недостатков. Все неловкие, а иногда и драматичные ситуации, которые они создают – это те же притчи, помогающие разобраться в том, почему люди совершают поступки, несовместимые с логикой и безопасной жизнедеятельностью, нарушают личные границы друг друга.
Заглавная героиня Тору выбирает себе хобби. Но находит себя только в навязчивом служении Кобаяси. Между ней и Эльмой идет постоянная вражда с причинением всевозможного вреда, потому что это их способ общения и разрядки, на который они обе согласны. Канна пытается найти свое место в огромном мире, подружиться и самоопределиться с драконьим предназначением. Лькоа не оставляет попытки соблазнить несовершеннолетнего Сёту, который в свою очередь преодолевает собственную неуверенность в магических силах и бросает вызов обидчикам.
Ситуации этих анекдотов до предела банальны. Но у Кёсинндзя есть авторское обаяние, потому что градус эксцентрики он повышает без предупреждения, и вроде бы не придерживается никаких жанровых правил. Нужно добавить сентиментальности на тему семейных отношений? Да запросто. И вот в финале тома возникает клиффхэнгер, который обещает развитие истории Канны и ее отца (все драконы сбежали в человеческий мир по обстоятельствам, делающим их пребывание в своей реальности невозможными). Но это не значит, что мангака не приготовил порцию циничных шуточек и на эту тему.
Узелочки на придуманном Кёсинндзя мире, состоящем из стереотипов в оригинальных сочетаниях, позволяют поднабраться сил для новых сюжетных блоков, не изменяя темпу и уровню громкости. Ведь это сериал, где все буквально постоянно орут от избытка чувств.
13 понравилось
