Цитаты из книги DIA

«если кубик Рубика не поддавался, он разбирал игрушку на части и собирал заново. Так поступал и с собой: чем вести тяжкие бои с ощущениями, эмоциями и прочими тонкими материями, проще все сломать и построить заново»

Легче просить прощения, чем разрешения.

Гуманитариев не бывает. Есть только пересдача.

Песня рождается там, в темноте, где живое нутро держит зажатую печаль или концентрировмнное, пронзительное, невысказанное счастье от наслаждения миром.

Какого это – быть тем парнем, который находит, что сказать в любой ситуации? Может съязвить, задеть зацепить. Дёрнуть так, что будут думать только о нем одном. Наверное, победитель "Евро" знает об этом не по наслышке? Но он не знает. В смысле, был уверен, что он в этом хорош. Самый лучший. До встречи с Диа.

"Прекрасно видно было расслабленную фигуру на сцене. Ему там - самое место. Когда он -  такой. Отчаянно-честный, доведенный до края и ни разу, ни разу не теряющий себя от этого..."

" - И зачем тогда ты все это сделал?

• Ты меня бесишь..."

"...Его вышвырнули из машины в темной подворотне, на мокрый асфальт. Содрали шубу, обувь. Били, пока изо рта не потекла кровь, а перед глазами не стало ещё темнее..."

"Диа пропускает чужое мнение мимо ушей и ни одного цента - мимо пальцев. Какая разница, кем тебя считают, пополняя твои счета."

"Когда на одной из передач пошутили про фонограмму, он поднялся , обесточил студию и вышел на улицу. Что бы спеть."

"У него небыло истории о трудном детстве и несчастной судьбе, которую он подавал бы каждой газете в надежде на колонку в конце утренних сплетен. Он, без сомнения, талантлив...."

Когда хотелось побыть одному, когда нужно было потерпеть. Мог бы остаться в этом лесу. Упасть в подсознание ходить неслышно босыми ступнями по теплому ковру из сосновых игл. К сожалению, не всегда в жизни можно просто «потерпеть» неприятный момент. Иногда, хотя, будем честны, в подавляющем большинстве случаев без твоего вмешательства этот момент вовсе не кончится. Или кончится, но тогда финал выбирать будешь не ты. Хочешь жить — выходи из леса.

Они правда знакомы слишком плохо, а ведут себя, как разлучённые близнецы. Это уже не вызывает притока параноидальных мыслей, сокрушённых ощущением колоссальной правильности происходящего. Но это всё ещё странно. Просто странно.

Диа вызвал такси и уехал. Господи, разумеется, он не оставил свой номер на клочке бумажки или в телефоне спящего. Это бред. Диа кусает ноготь, кривит губы с досадой — жалеет об этом так сильно.

Это самый бредовый вечер за последнюю тысячу лет. Ну и ладно. Ну и черт с тобой.

Раньше Диа подолгу мог возиться с людьми. Вот это все «узнать друг друга», «попробовать наладить». С возрастающим количеством провалов люфт между началом общения и потерей интереса стал настолько маленьким, что Диа всерьез подумывал о том, что скоро при знакомстве сразу будет решать, куда прятать труп.