С первыми солнца лучами ветер утих постепенно.
К острову Синтеиде герои на веслах приплыли.
В те времена там был весь народ преступлением женщин
Жестокосердным взволнован. За год до прибытья героев
Жен законных своих мужья их с презреньем отвергли —
Жаркой любовью открыто они воспылали к рабыням,
К тем, что сумели добыть, разорив лежащую против
Землю фракийцев. Страшная ярость богини Киприды
Их посетила за то, что ей в дарах отказали
Жены несчастные, неукротимые в ревности злобной:
Ибо не только они мужей и наложниц убили —
Всех мужчин истребили, чтоб в будущем кары избегнуть.

Скрежет зубов несказанный кругом раздавался, но драться
Не прекращали они дотоле, пока у обоих
Дух не зашелся внезапно в тлетворной тяжкой одышке.
Встав немного поодаль, с лица они стерли обильный
Пот, и оба едва овладели усталым дыханьем.
Снова друг на друга взглянули, быкам двум подобно,
Что из-за телки, пасущейся рядом, злобно дерутся.
Первым Амик, быкобойцу подобен, на цыпочки вставший,
Ноги расставил широко и сильной рукой размахнулся
Над Полидевком. Но тот устоял под натиском страшным,
Голову вбок отклонив, и плечом кулак его принял.
Сам же немного на шаг от него отступил он и сильно
В ухо ударил с размаха, внутри раздробив ему кости.
Сразу Амик на колени от боли упал. Закричали
Все герои минийцы. Душа от него отлетела.

Гил между тем, оставив всех прочих, с медным кувшином
Стал источник священный искать, чтоб к приходу Геракла
Ужин успеть приготовить, воду и все остальное,
Что положено в быстром порядке идущему делать.
Так его воспитал сам Геракл по правилам строгим,
Малым ребенком его забрав из отчего дома,
Где беспощадно убил достойного Феодаманта,
Мужа дриопского, из-за вола вступившего в ссору.
Феодамант, целину поднимая тогда своим плугом,
Очень устал от труда. Геракл побуждать его начал,
Чтобы тот против воли вола ему пахаря отдал —
Так он предлога искал, желая с дриопами битвы,
Ибо жили они, не думая вовсе о правде.
Впрочем, этот рассказ далеко нас увел бы от песни.

Там пребывая, они бы еще помедлили долго,
Если б Геракл, поодаль от женщин собрав всех героев,
Их не стал порицать и бранить крутыми словами:
«О безумцы! Иль соплеменников кровь из отчизны
Вас отвращает? Иль, в браках нуждаясь, оттуда пришли вы?
Или, землячек отвергнув, сейчас вам стало угодно
Здесь обитать, взрезая лемносские тучные пашни?
Мы бесславим себя, с чужеземками долго общаясь,
И никакой нам бог не даст руно за молитву.
Разойдемся-ка к нашим делам! А Ясона оставим
Целые дни пребывать с Гипсипилой на ложе, пока он
Лемнос детьми не наполнит, и этим себя воспрославит».
Так он друзей поносил. Никто не дерзнул за упреки
Взгляд на него обратить иль прервать его речью своею.
Но, разойдясь, поспешно готовиться стали к уходу.