Новую жизнь не найдёшь, только вариации старой. Хоть и говорится «начать жизнь с начала», как будто это однажды с тобой произойдёт, и готово; на самом деле оно продолжается и продолжается, ты начинаешь новую жизнь снова и снова, пока не сломаешься.

Однажды Рамоны не стало, а солнце всё равно взошло. Смогло. Посмело.

Их всегда двое, одно – видимое, другое – нет.

Здесь, в лесу, нас объединяют истории, и эту мы будем рассказывать всегда.

Никогда не говори: «Не волнуйся». Нельзя любить и не волноваться – за всё и всегда.

В конце концов он прошепчет «понятно», шорох дыхания в трубке, вот и всё, чем даст себя знать маленькая ударная волна от разорвавшегося сердца.

В городе, всегда мечтавшем о невозможном, теперь больше не мечтали ни о чём.

В браке самое трудное не то, что мне предстоит жить, видя все твои слабые стороны, а то, что тебе предстоит жить, зная о том, что я все вижу.

«Успеха добиваются цельные личности, для которых престиж ничего не значит. Цельность – это то, что ты собой представляешь, престиж – то, что думают о тебе другие».

Не надо бояться отпустить лучших, потому что, если держать их насильно, они просто перегрызут поводок и уйдут навсегда...

Ей хотелось залить себе в голову едкую кислоту, чтобы стереть все воспоминания о прошлом вечере.

Ему было двадцать, он изрядно пообтрепался - изнутри и снаружи, - но стоило ему улыбнуться, как он снова стал тем самым подростком, который залезал на самые высокие деревья и носил в себе самые большие тайны. Самый опасный на льду, самый одинокий на земле.

… и в конце концов глаза, которые, просыпаясь ты видишь по утрам, и горизонт за окном обретают одно и то же название «дом».

Розовые очки – последняя линия защиты для любви, мы всегда внушаем себе, что тех, кого мы любим, не коснутся страдания и горе, что наших любимых беда обойдет стороной. Ради них мы мечтаем о вечной жизни, хотим обладать суперспособностями и пытаемся строить машины времени. Мы надеемся, господи, как мы надеемся.

Досада на детей - это всегда досада на самих себя, и ни у одной другой реакции нет настолько длинного тормозного пути.

Мир никогда не кажется таким большим, как в те минуты, когда держишь на руках самое маленькое человеческое существо на свете.

... сыну уже четырнадцать, а а этом возрасте ребенок перестает быть ребенком и становится квартирантом.

Если ты не участвуешь в жизни ребёнка, ты совершаешь большую ошибку, а если участвуешь, то много маленьких, причём подростки считают каждый твой промах. Любая мелочь будет записана на твой счёт.