Цитаты из книги Любимчик Эпохи

Она не тратила времени на раздражающих ее людей

«Абик дрожал всем телом и под каждый впрыск бормотал лишь одному ему известное заклинание. Он никогда не лечил ничего серьезнее поносов у ишаков и запоров у овец. Маленький деревенский фельдшер понимал, что делает не так, как его учили. Что будет наказан, будет растерзан, будет проклят. Но два человека с непреклонной верой делили одну кровь. Истово, бессознательно, необъяснимо превратившись в единый сосуд. Это одухотворяло, окрыляло, питало силой, крепило волю.»

Погружаясь в эту бездну причинно-следственных связей, он неизменно приходил к мысли: «А почему я?» Почему я вижу этот мир и размышляю о нем, почему я чувствую прикосновение иголки, почему мне натирает ботинок? Почему это ощущаю я, а не папа, не мама, не Родька? И чув-ствуют ли они этот мир вообще? 

Прапор Курбатов наслаждался овечьей покорностью новобранцев и кромсал воздух луженой глоткой: – Копаем па-а периметру, вдо-оль забора на глубину а-адин метр.

И все же Златка отличилась от всей женской цепочки – она была счастливой. Абсолютно, безусловно, независимо от времени года, от еды на столе, от сказанных в ее адрес слов.

Она мечтала о двух вещах: увидеть, как полыхает любимый элемент, и ощутить, как умирает в утробе нелюбимый ребенок.

— Мы ведь одной крови, отец прав.
— Одной…

— Вы, Гринвичи, одной крови и должны держаться вместе.

— В чём секрет, придурок? — рассуждал Родька, сидя к его постели. — Спал с Тамаркой я, а в вендиспансер ходить теперь тебе!

"- Конечно, мам! - вздохнул Родик, вновь остро ощущая свою вторичность. Без Илюши мамина картина мира была разнесена в хлам, в то время как наличие или отсутствие Родиона лишь включало или выключало в ней небольшой лучик света".

Одно отшлифованное колечко цеплялось за другое и представляло собой длинную удавку, которую Всевышний вручил ей с самого момента нежеланного рождения.

Я не мог убить его! Я отдам ему свою ногу, свои кишки, свое сердце! Режь меня на куски, пришивай ему все, что надо! Не стой, ублюдок, только не стой!!!

Не думаю, что она оценила твой подвиг.
— Мне все р-равно, о чем ты не д-думаешь

В декорациях сползающих пластами обоев, запыленного тюля и засиженной мухами люстры эта сцена ломала все стереотипы о признании в любви как таковом.

– В-встаньте, бог-га ради! – испугался Илюша.

– Не могу, – плакала Ольга Филипповна, – у меня артроз…