Листья травы

Я таков, каков я есть, и не жалуюсь;
Если об этом не знает никто во вселенной, я доволен,
Если знают все до одного, я доволен.

Вот - робкое пожатие руки, вот - развевание и запах волос,
Вот - прикосновение моих губ к твоим, вот - страстный, призывный шепот.
Вот высоты и бездонные глубины, в них отражено мое лицо,
Я погружаюсь в раздумье и возникаю опять.

Это так больно - любить женщину или мужчину бездонно,
и все же это великое чувство, оно приносит удовлетворение,

Во мне ласкатель жизни, бегущей куда бы то
ни было, несущейся вперед или назад.
Я заглядываю в каждую нишу и наклоняюсь
над мельчайшими тварями, не пропуская
ни предметов, ни людей.

Вся архитектура возникает лишь тогда, когда вы на неё глядите.

Тот, кого ты оплакивала, восстал из могилы,
Поплыл по морю, и ветер ему был попутный,
И обрёл он румянец и новую кровь
И жив сегодня в новой стране.

Приснился мне город, который нельзя одолеть, хотя бы
напали на него все страны Вселенной,
Мне снилось, что это был город Друзей, какого еще никогда не бывало,
И превыше всего в этом городе крепкая ценилась любовь,
И каждый час она сказывалась в каждом поступке жителей этого города,
В каждом их слове и взгляде.

Нет, ты не брошен на произвол
судьбы, уверенно и надежно ты
сам строишь ее,
Ты сам, ты сам, ты сам, отныне и
вовеки.
Не для того произведен ты на свет
матерью и отцом, чтобы
стать прахом, но для того, чтобы
стать Личностью,
Не для того ты рожден, чтобы стать
человеком нерешительным,
но чтобы принимать решения

О, радость величавого мужества!
Ни перед кем не заискивать, никому
ни в чем не уступать,
никакому известному или
неизвестному деспоту.
Ходить, не сгибая спины, легким,
пружинистым шагом,
Глядеть безмятежным или
сверкающим взором,
Говорить благозвучным голосом,
исходящим из широкой груди.
Смело ставить себя на равной ноге с
любым человеком.

Меня, как вас, волновали
внезапно рождающиеся вопросы,
Днем, среди шумной толпы, они
набегали вдруг на меня,
И ночью, когда приходил я
домой, когда лежал я в постели,
они являлись ко мне

Где придется, мы напьемся, и
влюбляемся, и спим,
А законов мы не знаем, каждый
сам себе закон,
То воруем, то деремся, то под
парусом плывем, дышим
воздухом, пьем воду и танцуем на
прибрежье

В тебе, читатель, трепещет жизнь,
гордость, любовь -
как и во мне,
Поэтому для тебя эти мои песни.

Муза, беги из Эллады, покинь Ионию,
Сказки о Трое, об Ахилловом гневе забудь, о скитаниях Одиссея, Энея,
К скалам твоего снегового Парнаса дощечку прибей: «За отъездом сдается внаем".
И такое же повесь объявление в Сионе, на Яффских воротах и на горе Мориа,
И на всех итальянских музеях, на замках Германии, Испании, Франции,
Ибо новое царство, вольнее, бурливее, шире, ожидает тебя как владычицу.

МЫСЛЬ
О вере, о покорности, о преданности;
Я стою в стороне и смотрю, и меня глубоко изумляет,
Что тысячи тысяч людей идут за такими людьми, которые не верят в людей.

ТЕБЕ

Первый встречный, если ты, проходя, захочешь заговорить со мною
почему бы тебе не заговорить со мною?
Почему бы и мне не начать разговор с тобою?

" Два ястреба в небе, две рыбы в волнах не так беззаконны, как мы."

Камерадо, я даю тебе руку!
Я даю тебе мою любовь, она драгоценнее золота,
Я даю тебе себя самого раньше всяких наставлений и заповедей;
Ну, а ты отдаешь ли мне себя? Пойдешь ли вместе со мною в дорогу?
Будем ли мы с тобой неразлучные до последнего дня нашей жизни?

Я учитель атлетов.
Если твоя грудь после учения станет шире моей, ты докажешь, что и моя широка,
И тот докажет, что он усвоил мой стиль борьбы, кто убьет своего учителя насмерть.