Жизнь советской девушки. Биороман

К чтению «Жизни советской девушки» я приступала с большими ожиданиями и такой же большой изначальной симпатией. Собиралась сквозь приоткрытое окошко заглянуть в чужую молодость, совпавшую по времени с моею. Я ведь сама кто есть, вернее была? Такая же советская девушка, на шесть годков всего помладше автора. Воспоминания о детстве и юности – разве же ждёшь от них подвоха?

А посмотрела не через отмытое временем стеклышко – через замызганный и залапанный грязными пальцами осколок…

Я, конечно, верю, что Таня Москвина (в отличие от меня – типичной советской девочки-отличницы-простушки) была совершенно необыкновенной и не-советской девочкой. Верю, хотя в нашей простой районной школе такие не водились. Мне бы в голову не пришло в седьмом классе доказывать художественную малоценность «Молодой гвардии», да и позже ничего подобного не приходило. И Достоевского я в одиннадцать лет не только не понимала, но и попросту ещё не читала. Да и вообще, не в театральные критики, а в инженеры идти собиралась.

И перспектива работать ради хлеба насущного меня как-то не пугала.

Таня, а вот теперь поклянись, что этого – треклятой обязаловки от девяти до пяти с зарплатой пятого и двадцатого – в твоей жизни больше не будет никогда. – Клянусь! – сказала я сама себе голосом юного пионера – и сдержала клятву.

Откуда это в конце семидесятых? Кстати, я всю жизнь вот так и работаю – от и до, и ущербности в том не нахожу…

Ну нельзя, нельзя писать о том, что не пережито до конца, не додумано, не выплакано, не прощено. Нельзя…

Вот ещё. Женщина, которую предпочел нашей необыкновенной героине любимый мужчина… Тридцать с лишним лет прошло, а кроме клички (Мормышка!) автор её никак не называет. Нет, ещё «женским паразитом», мещанистым и бездарным (а этот бездарный паразит, между прочим, и во ВГИК как-то поступил, и в ЛГИТМиКе поучился).

Всюду это тщательно скрываемое высокомерие автора… Как ни старайся, а уши торчат. Ничем я этого оправдать не могу. Ни травмирующим разводом родителей, ни несчастной (а может наоборот – счастливой!) – любовью, ни одиноким материнством. Даже не могу сказать, чего во мне сейчас больше по отношению к автору: неверия, возмущения или жалости. Возможно, последнего больше: моя-то жизнь советской девушки не была идеальной, но уж точно была счастливой…

Дальше...

И даже Ленинград в этой книге – совсем не тот, в котором были «Проводы белых ночей». И так полюбившийся мне «Питер FM» , похоже, снят в совсем другом городе…

Мне очень понравилась книга. И мне не очень понятно: почему так много негативных отзывов? Биографический рассказ умной, состоявшейся женщины о себе, о детстве и юности, о любимом Ленинграде, о стране "унесенной ветром". Что же не так? Можно с чем-то не соглашаться. Я тоже порой спорила с автором. Но это ведь нормально! Во-первых, я всё-таки на одиннадцать лет моложе автора. И это в зрелом возрасте не ощущается, а вот детство и юность были всё-таки несколько другими. Во-вторых, я росла в Сибири, а не в культурно-столичном Ленинграде. В-третьих, у нас разное воспитание, образование. Да, в конце концов, мы просто разные люди! И это прекрасно. Почему же мы должны быть согласны друг с другом во всем? Но есть главное: я почувствовала и прочувствовала ту молоденькую, странноватую Таню Москвину. Я её поняла и во многом приняла. Да, я бы никогда не стала спорить с учительницей по поводу "Молодой гвардии" и игнорировать уроки литературы, пока изучали этот роман. Я не буду судить о литературных достоинствах этой книги, но подвиг молодых ребят меня просто потряс в своё время и уже за это я благодарна Фадееву. Но этот эпизод один из немногих, когда мне хотелось возразить автору. А так я с удовольствием погрузилась в атмосферу 70-80-х годов прошлого века. И как же я согласна с Москвиной:

Я не воспеваю бедность, умеренный достаток кажется мне куда привлекательней. Однако никакой обиды на советское государство из-за этого не держу. Хотя бы потому, что бесплатно получила хорошее образование и океаническую дозу культуры – почти бесплатно…

И где тут агрессия и обгаживание страны, как писали в рецензиях?! Ведь это так и есть. Умная, местами ироничная, немного грустная книга. Чудесная! А уж проживающим в Питере вдвойне должна понравиться. Очень уж много там описаний города и пригорода, любимых мест.

Удивляет такое количество хвалебных отзывов. Мне книга не понравилась - причем не понравилась так, как не нравится человек: местами было сложно читать от накатывающей смеси жалости и брезгливости.

Для начала - почему эта, не слишком типичная и ничем особо не примечательная биография, называется "Жизнь советской девушки"? Голда Мейр, фактически описав историю создания государства Израиль, переплетенную со своей действительно незаурядной судьбой, скромно назвала книгу "Моя жизнь" - а здесь.. Впрочем, громкое название должно предупредить читателя о том, что автор склонен воспринимать себя чересчур серьезно.

Убийственной серьезностью по отношению к своей персоне наполнена вся книга: любое событие, будь то пьянка с однокурсниками или беременность, автор описывает как невероятно важное, и притом донельзя драматичное. Описывая ссору с молодым человеком, пишет, что "после такого не живут, после такого выбрасываются из окна..." Нет, серьезно? Не живут? Точно также - как великий подвиг - подается все: от окончания школы до рождения ребенка. При этом всюду автора окружают бессердечные, непонимающие ее люди, на которых автор выливает ушаты помоев. Под раздачу попадают все: родители, одноклассники, преподаватели. Бедная Москвина, как ей, наверное, тяжело жить, ни разу и никого не простив за всю свою жизнь.

При этом упреки не звучат жалостливо, обиженно. Читателю приходится продираться сквозь дремучий лес агрессивной злости - на нелицеприятные эпитеты автор не скупится. Попутно достается и совсем уж невиновным в "несчастьях" Москвиной: например, геям, которых автор мимоходом вываляла в грязи. Но больше всего меня поразил отрывок, посвященный суррогатному материнству. Назвав "глупыми, хитрыми и жадными" суррогатных матерей, автор проходится и по родителям:

Вот уж действительно, бедным богатых не понять (а детей за деньги делают только богатые). На нас-то чихни, бывало, - мы сразу беременные.

Не представляю себе, что должно быть в голове у женщины, чтобы она действительно считала, что к услугам суррогатных матерей прибегают только богатые тунеядки ради развлечения. Действительно, не хотят поднапрячься и забеременеть - делов-то.

Злобные выпады перемежаются жалобами: всю книгу автор ноет (другого слова подобрать невозможно), как тяжело ей пришлось в жизни. В высокопарных выражениях описывается, как судьба с самого начала уготовила ей тяжелую долю, как жестоко обошлась с ней жизнь, как невероятно сложно было просто ВЫЖИТЬ в этом жестоком мире. Между тем, если посмотреть на факты, выходит, что автор прекрасно прожила студенческие годы, не гнушаясь материальной помощью родителей, что с ребенком ей помогали всем миром, да и недостатка в профессиональных протекциях не было.. Но зачем об этом писать, ведь куда слаще обсасывать то, что одна из однокурсниц в своих мемуарах написала о ней, Москвиной, в недостаточно позитивном ключе.

Подводя итог: это плохая книга. Может, потому что и автор подкачал?