Когда жизнь останавливается. Травма, привязанность и семейная расстановка

Только порвав с идентификацией, человек может выйти за рамки страха, потому что страх смерти — базовый и лежит в корне всех остальных боязней. Можно сказать, что он является главной травмой тела и разума.

Жизнь и смерть — это часть одного целого.

Одно не может существовать без другого. Человек начинает двигаться к смерти сразу же по факту рождения, просто на этот процесс уходит 70-80 лет. Смерть сопровождает нас постоянно — она никогда никуда не уходит.

Ни один момент прошлого нельзя вернуть назад: мы не можем удержать ни одно чудесное переживание, потому что только нам стоит осознать его, как оно от нас ускользает. Любые жизненные переживания можно сравнить с песком, ускользающим сквозь пальцы, — даже если мы сожмем кулак, это не сильно нам поможет. Если мы достаточно умны, то оставим ладони открытыми, полноценно насладимся каждым моментом, познаем жизнь во всей ее тотальности и будем чаще обращать внимание на то, что происходит здесь и сейчас. Вот в чем на самом деле заключается основной посыл всех мистиков.

Для ребенка родители — самый большой источник ресурса и одновременно причина множества травм.

Когда мы вспоминаем, как много они нам дали, что подарили нам жизнь и заботились о нас на протяжении многих лет, в нас просыпается благодарность. Совсем другие эмоции вызовут воспоминания о том, что мы от них не получили, что их не было рядом, когда мы в этом нуждались, что они обижали нас. Чтобы поддерживать связь с реальностью, нужно принять и те, и другие чувства, вмещать в себя и плохое, и хорошее. Так мы постепенно приходим к осознанию простого факта: жизнь дуальна, иногда она поддерживает, а иногда бросает вызов. Мы — беспомощная принимающая сторона, у которой нет ни одного козыря. Но болезненный опыт тоже невольно способен поддержать наш путь к высшему сознанию.