Между волком и соколом. Марьюшки в поисках зефирного халифата
Какую биографию сделали простенькой пьесе...
Абсолютно средняя пьеса. История только дана наброском. Мотивировок героини мы не видим, не понимаем. Сама коллизия о том, что спартач и националист оказывается игиловским вербовщиком просто смешна и нелепа Так как ЦА у них кардинально не совпадают. Было бы смешнее и, причем, правдоподобнее если бы Марьюшка была радфемкой.
Из достоинств только:
- тема, пока еще мало отрефлексированная в литературе;
- нанизывание сюжета на фольклорный каркас. Марьюшка, Финист и Серый Волк.
Эт как бы просто забавный приемчик и не более. Но что он дает этой истории?
Явно накачивает позитивом образ дуры Марьюшки, которая обреченно жаждет пройти свой "крестный" путь на "голгофу" муслимского терроризма и испить до дна историческую чашу страданий простой забитой бабы. Архетип пожирает сознание современной девушки, физиология и генетическое предназначение выталкивают героиню из мира урбанизированных либерашек в мир суровых брутальных архаичных кшатриев, бородатых и пахнущих сладким гашишем и кислым ишачьим потом.
Раньше обкуренные фанатики - ассасины совершали убийства и шли на смерть, страждя оказаться в муслимском раю, окруженными гроздьями доступных прелестей нагреженных ими гурий. А современная Марьюшка тщится попасть в рай восточных кебабных мачо, которые наконец-то увидят в ней не личность, нуждающуюся в равноправии, а просто бабу, домашнюю рабыню для удовлетворения половых и бытовых потребностей. Марьюшки жаждут не реализовывать свою выдуманную равноправную личность, а принадлежать хозяину, быть живой собственностью.
И пьеса предлагает нам сострадать, чуть лине лить слезы по таким вот Марьюшкам. Ну нет, мне их не жаль. У каждого свой зефир.
И причем пьеса настолько упирается в Марьюшку, что образ Финиста остается не раскрыт. Реального богомерзкого средневекового головореза игиловца, а не выдуманного Марьюшкой Финиста. А настоящего архаичного Ясна Сокола, который устанавливает свое господство ложью, демагогией и насилием. И к которым тянутся не только перезревшие физически, но недоразвитые духовно Марьюшки, но и Иванушки-несмышленыши и Джоны-фантазеры с Гансами-простаками. Из-за этой недосказанности и возникает мысль, что пьеса как бы избегает осуждения реального зла. Потому что вместо реального зла нам предлагают образ тиражированного ходульного зла в виде штампованного образа судьи-государства. Пытающегося не беззаветно заботиться и внимательно любить Марьюшек, а силой вырывать и возвращать их домой с седьмого неба зефирного халифата.
Марьюшки, не злоупотребляйте зефиром, подходите к его употреблению ответсвенно, а не то, если не волк съест, то сокол заклюет.
55 понравилось
