The Enchanted April

Решив в качестве разминки перед размышлениями о будущем обозреть прошлое, начав с поисков оправдания такого неприятного слова, как «мишура» – еще одной вещи, о которой она прежде совсем не задумывалась, – она почему-то переключилась на мистера Уилкинса.

Май опалял и иссушивал, март был беспокойным – даже при ясном солнце могло быть холодно, но апрель – апрель был мягок, словно божье благословение, он был так прекрасен, что невозможно было не ощущать волнения и трепета.

В результате в доме царила мертвая тишина, нарушаемая лишь во время трапез. Здесь было пусто и тихо, как зимой, никаких признаков жизни.

Дни текли в солнечном мареве, ровные, без событий – хотя только казалось, что без событий, – и слуги, наблюдая за четырьмя дамами, пришли к выводу, что в них крайне мало живости.

Она нуждалась в физическом одиночестве между трапезами, но ей совсем не нравилось одиночество души.

– Ничего я не вижу, а только слышу, и то поневоле!

Роуз закусила губу. Она то краснела, то бледнела. Ну почему, почему Лотти не замолчит? Это замечательно – вот так внезапно стать святой, воспылать ко всем любовью, но почему надо при этом быть такой бестактной?

– Какая скука для вас, – сказала Скрэп. – Моя матушка тоже все время это делает – приглашает писателей. Терпеть их не могу. Ничего бы не имела против, если б они вообще никаких книг не писали.

– Разве он вас не любит?

Как одета миссис Фишер, не имеет значения – у той выбор небольшой; то, что она носила, было по сути единственным возможным вариантом – ну, может, следовало бы еще добавить королевскую мантию да накидку из горностая… Но эти две были еще молоды и вполне привлекательны. У них определенно были интересные лица. Как изменилась бы их жизнь, если б они вместо того, чтоб себя приглушать, постарались бы приукраситься.