A Bad Spell for the Worst Witch

Изо дня в день мне так ясно всё это представляется: горящее бревно в камине, и круглый стол, накрытый отутюженной скатертью, и горячие тосты с толстым слоем масла, и хрустящие сухарики с мёдом, который так и стекает у них по краям, и чашки из тонкого фарфора, наполненные дымящимся чаем…

— В жизни такого не слышала! — ахнула Мод. — Это правда?
— Ну да, я думаю, — ответила Милдред, хотя на самом деле она только что выдумала всю эту историю, и та просто сорвалась у неё с языка. Честно говоря, истории Милдред частенько вот так срывались у неё с языка, а потом она сама вдруг с ужасом обнаруживала, что весь класс слушает её, затаив дыхание, и верит каждому слову. И тогда уже было просто невозможно признаться, что она всё это придумала.

— И угораздило же тебя достаться именно мне, — ласково приговаривала Милдред, гладя кота одной рукой и отцепляя его лапы от метлы другой. — Ну давай же, балда, мы уже прилетели. Смотри! Всё кончилось, можешь слезать.

Её замечали только тогда, когда она делала что-нибудь не то, а не когда у неё получалось как следует.

Похоже, это было особенностью всей школы — ни одна дверь не закрывалась плотно, а в окнах отсутствовали стёкла. Видимо, школу специально строили с единственной целью заморозить всех учениц насмерть.

- Трижды ура творожному пудингу с корицей! ©

Если не везёт, то не везёт уже до конца.

Второклашки тут же громко застонали, но вынуждены были замолчать под пристальным взглядом мисс Хардбрум, которая умела смотреть так, что казалось, будто её взгляд предназначался каждому лично.

Кот внезапно заурчал, и крошечной Милдред показалось, что у неё над головой проводит маневры самолётная эскадрилья.

Милдред, не обращая внимания, старательно посыпала сахаром овсянку в своей тарелке, пока та не стала похожа на речное дно в мелких камушках.