Ночные кошмары обычно лечатся правильными дневными мыслями, – в тон ему ответила косой фармацевт. – Если перейти меру, самое приятное превратится в самое неприятное.
Знаете же, если нужны деньги, обращайся к чужим; если нужно сочувствие и поддержка, иди к друзьям
А к родственникам иди, если тебе есть что дать им, – улыбнулась девушка. – Потому что счастье не в деньгах измеряется, счастье – это когда тебе есть о ком позаботиться. Да и вообще, в этом мире намного больше света, чем тьмы, больше добра, чем зла. Просто зло более громогласно, потому оно заметнее. Жаль, что нельзя собрать всех злых в одну группу, отделить их от добрых! Вдруг они бы смогли подобреть, увидев, как их на самом деле мало…
любовь – это жертва. Мы жертвуем тем, что принадлежит нам, ради того, кто нам дорог. Ехидно ухмыляясь, Денис думал, как мало осталось бы тех, кто любит, если бы мир узнал настоящий смысл, настоящую цену любви. Для большинства их «любовь» – это любовь к себе, любимому, а партнер нужен только для того, чтобы потешить свое «я». И этот союз эгоистов почему-то тоже называют любовью.
Общение с Богом… похоже на общение ребенка с любящим отцом. Когда видит его – бросается к нему и буквально повисает на нем.
Отче, – повторила Мария. – Он прежде всего наш Отец. Не господин, не владыка, хотя мы Его и так называем – из любви к Нему. Он наш Отец.
Мы для Бога что дети малые. Хороший отец любит всех детей – и шелковых-послушных, и шкодливых, и тугодумов, и трусоватых, и плакс… Для него «плохих» просто нет, он мудрый и сильный. А среди людей есть, конечно, и родители, совершенно не любящие своих детей, что ужасно. И среди воспитателей найдутся такие, что к детям более чем равнодушны, что еще хуже, на мой взгляд… Потому мы, христиане, счастливы. Нам не надо искать счастье, гоняться за ним. Оно всегда внутри нас, мы счастливы даже в самых стесненных обстоятельствах…
Богу очень грустно видеть нас такими, какие мы есть. Он даже на Крест взошел, чтобы мы хоть немного изменились. Он не просто готов умереть за нас, Он уже это сделал. Сделал больше, чем любой другой Отец. И, конечно, Он нас прощает.
Не карает. Грешник сам себя карает, отвергая Его помощь. Как правило, из гордыни: дескать, сам справлюсь. Или «я недостоин Твоей помощи». Конечно, не достоин, но ведь помогают не тем, кто достоин, а тем, кому надо помочь
Единственное наказание – это разлука с Богом, – тихо сказала Мария. – Но это не Бог нам дает, мы сами его выбираем. Сами нисходим в ад. И неважно, что вокруг все благополучно. Ад у нас в душе, и от него не сбежать. Душа – она такая, в ней или ад, или рай.
По сути, между нами и разницы никакой нет, но со мной обходятся честнее. Меня просто ненавидят, а Ему – лгут, что любят. И ведь тоже ненавидят, даже святоши, которые отбивают сотни земных поклонов, мечтая о чем-то совершенно другом – кто о власти, кто об авторитете, кто о дармовом достатке… Тоскливо это все.
Вы называете себя христианами, но не знаете Библию, называете мусульманами, но не вспомните ни одной из сур Корана. Вы ходите в свои церкви в свободное от грехов время. Но зачем вы приходите в храм? Чтобы просить – здоровья, достатка, любви ближних. А когда это у вас есть, догадываетесь ли вы прийти в храм, чтобы поблагодарить хотя бы своего Бога? Да чихать вам на Него, когда все хорошо! Потому что божество, которому вы поклоняетесь изо дня в день, – это деньги
Но знаешь, каждый видит то, что ему дорого. Если спросишь пчелу, не видела ли она на лугу коровьих лепешек, она ответит: «Не замечала, зато там столько цветов!» А если спросишь муху, не видела ли она на лугу цветов, она расскажет тебе о навозной куче за сараем. Фокус в том, что существует и то, и другое. И цветы, и навозная куча. Каждый выбирает свое в итоге. И по его выбору многое можно сказать.
8 понравилось
