Сильмариллион

... век сентиментального отношения к детям одарил нас несколькими великолепными книгами волшебного, или почти волшебного содержания, которые, впрочем, особенно нравятся взрослым, а не детям; но одновременно он породил ужасную поросль историй, написанных или пересказанных для выдуманного взрослыми "детского" уровня развития и потребностей. Вместо того, чтобы оставить старые сказки нетронутыми, их смягчают и подчищают; что же касается всяких подделок, то они часто просто глупы и смахивают на историю Пигвиггена, которая лишена даже занимательной интриги; еще чаще они стремятся поучать или (что ужаснее всего!) их авторы исподтишка насмехаются над детьми, подмигивая другим взрослым.

Кроме того, в облике своем они исходят больше от знаний Зримого Мира, чем от Мира, каков он есть; и они нуждаются в плоти не больше, чем мы в платье - ведь мы можем ходить обнаженными, не теряя своей сути. Так и валары могут, если хотят, ходить неодетыми, и тогда самим эльдарам трудно разглядеть их, даже будь они рядом. Одеваясь же, иные валары принимают мужской облик, а некоторые - женский; ибо таково изначальное различие их характеров, и оно лишь выражается в выборе каждого, как у нас мужской и женский пол различаются по платью, но не определяются им.

— Я — Разгадывающий загадки и Разрубающий паутину , я — Жалящая Муха . Меня избрали для счастливого числа.
— Прелестные прозвища! — фыркнул дракон. — Но счастливое число не всегда выигрывает.
— Я тот , кто живыми хоронит друзей , топит их и достает живыми из воды . Я тот , кто невредимым выходит из костра , из воды , из-под земли.
— Что-то с трудом верится, — усмехнулся дракон.
— Я — друг медведей и гость орлов. Находящий кольца, Приносящий счастье, Ездок на бочках , — продолжал Бильбо, очень довольный своими загадками .

Now the Children of Ilúvatar are Elves and Men, the Firstborn and the Followers. And amid all the splendours of the World, its vast halls and spaces, and its wheeling fires, Ilúvatar chose a place for their habitation in the Deeps of Time and in the midst of the innumerable stars. And this habitation might seem a little thing to those who consider only the majesty of the Ainur, and not their terrible sharpness; as who should take the whole field of Arda for the foundation of a pillar and so raise it until the cone of its summit were more bitter than a needle; or who consider only the immeasurable vastness of the World, which still the Ainur are shaping, and not the minute precision to which they shape all things therein.