
Экранизации
AleksSar
- 7 482 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Случайно наткнулся на сей опус, даже не предполагал, что подобное существует. Очень хорошо помню одноименный фильм, ибо вышел он в 1993 году, когда российского кино практически не было. Фильм тоже достаточно дерьмовый, но на фоне книги выглядит практически шедевром. В этой короткой повести, написанной по классическим канонам начала 90-х, есть что-то японское - жесткий реализм, даже цинизм и желание грохнуться головой о земную твердь. Фильм знаменателен еще и тем, потому что, несмотря на откровенно лажовое и дешевое содержание, в нем вынуждены были сниматься Сергей Маковецкий, Лариса Удовиченко, Михаил Светин, Александр Панкратов-Черный. Практически последняя роль Александра Соловьева, известного по роли Красавчика в "Зеленом фургоне". Как символ 90-х, человек перестал сниматься в кино и в виде холодного трупа был обнаружен 1 января 2000 года. Естественно, по ментовской версии.

Я так долго искала эту книгу! Я искала ее несколько лет… А вот теперь думаю: «А может и не стоило так упираться? Может быть, если что-то нам не дается, значит нам это и не нужно, и так и должно быть?» По крайней мере, я бы по-прежнему думала, что это замечательная во всех отношения книга. К сожалению, теперь я точно знаю, что мне она совсем не понравилась.
Даша – какая-то не особо умная, навязчивая дама, которой ни с того, ни с сего взбрендило родить ребенка. Ладно бы от любимого мужчины, так нет, от кого угодно, только бы родить. И как в том анекдоте: «а претензий-то, претензий». А при общении с самыми близкими для нее людьми она может думать только об одном: «это хохма?», «а это уже хохма или еще нет?», «если это хохма, то отступать не следует»… Какая хохма? О серьезных вещах говорили. Плюс никакого самоуважения. Я думаю, что женщина не особо себя уважает, если может говорить вот так:
Леший – в экранизации такой милый парень, в книге выглядит абсолютно бесхарактерным подкаблучником. Его никто ни во что не ставит, никто ни в чем не стесняется, никто ни о чем не просит, его только ставят перед фактом. А он как телок на веревочке – куда потянули туда и пошел.
Надин – единственный герой, которому я хоть чуть-чуть симпатизировала. Она, по крайней мере, пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Пускай предложения ее были порой не самыми взвешенными, но хоть что-то. На фоне Даши и Лешего – она просто двигатель прогресса.
Жора – в фильме вызывает уважение, а при прочтении – только жалость. Один сплошной комплекс Наполеона. Так и хочется ему прочесть стихотворение:
К сожалению, пока читала, сравнивала чтиво с экранизацией. Скорее всего, это неправильно, но уж как получилось. Фильм конечно на грани приличий, но все-таки балансирует. А книга, по моему мнению, за эту грань свалилась. Жаль.

Замечательная история о женском одиночестве и не менее прекрасная экранизация с восхитительными актерами - Удовиченко, Смецкой, Шахворостова, Соловьев и Анкудинов.
История о поиске Счастья Мужа и отца будущему ребенку.
Я сама ноябрьская, так что этот фильм для меня особенно дорог. одни цитаты чего стоят - "Две минуты подожди!" "Такого, чтоб баба за ним - на край света!", ""Заказ поступил: Сгонять?", "А что я еще умею?" - это когда приходит мужчина по вызову - бывший партийный работник.
И замечательный финал - после череды обид разочарований предательства и избалованных женским вниманием красавцев к героине приходит наконец в гости надежный добрый и любящий Георгий с тортиком Птичье молоко. В конце они рядом с близкими друзьями держат на руках сверток с лялечкой.
Спасибо Леониду Жуховицкому за этот шедевр в грустью и юмором, режиссеру и актерам за блистательное творчество!

В судьбу она верила: повезет — так повезет, а не повезет — так хоть лбом об стену.

Мечта эта еще не рухнула, но жутче всего было именно то, что не рухнула, а рушится прямо сейчас, на глазах. Надо было срочно что-то делать — а что? И даже хотелось, чтобы все скорей развалилось до конца, осталось позади, и не надо было больше себя грызть, не надо дергаться, заранее зная, что все равно ничего не выйдет, кроме нового стыда...

— Все противно! Смотреть на нее противно!
— Ах, смотреть. Ну-ну,— Надин покивала вроде бы с сочувствием, после чего жестко сказала: — Вот к этому, мать, привыкай. Смотреть на них тебе придется до конца жизни. И будет все хуже и хуже.
— Почему?
— Потому, что мы с тобой будем все старей, а они все моложе.






Другие издания
