Лев в тени Льва. История любви и ненависти

Взаимная любовь подразумевалась, но не выказывалась.

Я вместе с табачным дымом пропитывался истинами, которые должны были искоренить зло и ложь жизни, и выше их не видел ничего

Толстой поглощает людей. Всех, кто к нему приближается, он поглощает без остатка, и как бы ни был талантлив тот или иной человек, он, увлекшись Толстым, всё отдает ему, и от него уже ничего не остается…

Когда ровно течет струя воды, то кажется, что она стоит. Так же кажется с жизнью своей и общей. Но замечаешь, что струя не стоит, а течет, когда она убывает, особенно когда каплет; также и с жизнью.

Жизель сказала ему, что порядочный мужчина не ухаживает за девушкой, когда его жена беременна.

Он бы был не дурен, если б не этот огромный знаменатель при очень маленьком числителе.
Под "знаменателем Толстой понимал мнение человека о себе, а под "числителем" его настоящие достоинства.

Раздраженный Лев Львович писал об американцах: "Это народ грубый, низкопробный, настолько мало духовный и нравственно цивилизованный в своей массе, что становится прямо обидно за человека ."

Много лет спустя в 1932 году его младшая сестра Александра писала старшей сестре Татьяна Львовне Сухотиной-Толстой: "Мы, дети Толстого, должны бы были всю жизнь быть настороже, помнить что ли, что мы получали. мы не заслужили. Мы же всегда считали, что получали слишком мало."

Мы, русские, счастливы, что ясно сознаём негодность правительства.

Он (Толстой Л. Н.) крайне отрицательно относился к попыткам соединить христианскую веру и патриотизм, о чём написал в статье "Христианство и патриотизм".
Патриотизм, или национализм (он не делал различия между этими понятиями) в его глазах был низшей, языческой ступенью общественной морали.