Rule Number Five

— Ты дашь нам шанс, Сид? Я знаю, ты боишься, что я буду как твой отец, но я могу пообещать тебе, что каждый день буду доказывать тебе, что это не так. Не успеешь оглянуться, как это станет далеким страхом, о котором ты и не вспомнишь, но ты должна позволить мне доказать это. Я не оставлю тебя. Я всегда буду ставить тебя на первое место. Давай соберем нашу жизнь воедино.
— Нашу жизнь, — произнесла я одними губами.
— Я имел в виду все это, когда говорил тебе, что люблю, но я не понимал, что ты можешь не знать, что на самом деле значит любовь. Какой она может быть.
Это не просто чувство. Это важность, которую мы придаем этому человеку. Любовь — это забота о том, что нужно другому человеку, и я, черт возьми, забочусь о тебе. Ты много значишь для меня.
Я всхлипнула и заплакала, и Джекс опустил голову, прислонившись своим бом к моему.
— Ты того стоишь. Ты стоишь большего. Мы не пожалеем об этом. — Я заметила, как его грудь расширилась от большого вдоха, и он заколебался, прежде чем спросить: — Я того стою, Сид?
Я не видела лица Джекса, он пытался не влиять на мое решение. Его беспокойство сменилось надеждой, когда мои руки обвились вокруг его талии.
— Стоишь, — ответила я.
Он улыбнулся и подхватил меня на руки, закружив на месте. Я ощутила непреодолимое чувство... дома.
Я принадлежала этому месту. Я не могла поверить, что думала, будто смогу жить без него. Когда Джекс остановился и опустил меня на под, я обхватила его щеки и потянула вниз, пока его глаза не оказались на одном уровне с моими. Они горели от слез, но я улыбалась так широко, что у меня болели щеки.
— Я люблю тебя, Джексон Райдер.
Его губы накрыли мои, а руки крепко обхватили за талию.
- Боже, я миллион раз думал о том, как услышу эти слова снова, но никто не говорит их милее тебя. — Он убрал волосы с моего лица. — Скажи это снова.
— Я люблю тебя.

— Ты сделал это ради меня?
— Сид, нет ничего, чего бы я не сделал ради тебя. — Его руки напряглись, и он слегка встряхнул меня, а на его лице отразилось волнение. - Когда у нас будут дети, тебе лучше, черт возьми, поверить, что они будут для меня самым главным. У нас обоих есть годы в запасе, чтобы построить карьеру. Но, Сидни, когда ты будешь готова создать семью, я буду рядом с тобой. Любить тебя — это не жертва. Это гребаная привилегия.
Я потрясенно вздохнула. Когда у нас будут дети. Джекс смущенно улыбнулся, осознав, что сказал.
— Это... при условии, что ты хочешь детей. — Он успокаивающе провед большим пальцем по моей щеке, вытирая слезы, о которых я и не подозревала.
Мне потребовалась секунда, чтобы переварить все, что он сказал. Джекс не бросил меня. Я всегда была для него на первом месте. Он никогда не станет таким, как мой отец. Он переедет в Оттаву.

— Теперь я понимаю. Ты вбила себе в голову, что не важна для меня. Ты боишься, что я брошу тебя, как это сделал он. Но я совсем не думаю об этом, более того — я чертовски хорошо знаю, что этого никогда не произойдет. Моя карьера никогда не будет важнее тебя. Хоккей — это часть меня, но игра за «Бостон» — нет. Нет ничего сложного, чтобы ты была на первом месте, и я полностью согласен. Я полностью согласен с этим, Сид.
Он судорожно вздохнул, не отводя от меня взгляда.
— Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять это, но есть кое-что, что тебе нужно услышать. — Он наклонил голову ближе. — Ты того стоишь. — У меня перехватило дыхание, но он не остановился. — Я был в кромешной тьме, когда встретил тебя. Я постоянно тонул под тяжестью попыток соответствовать тому, чего достиг бы Маркус. Ты убедила меня, что я делаю достаточно. Ты сняла с меня этот груз. Ты видела меня таким, каким никто другой меня не видел. Ты никогда не будешь для меня на втором месте.