Сокол и ворон

– Не стоит бояться Морены, – произнесла Чернава ровным голосом. – Люди страшатся её, потому что не понимают смерти. Они верят, что моя богиня безжалостна. Но она несёт не только смерть, но и возрождение. Каждый год Морена уходит по весне, питает поля своими слезами, чтобы взошли рожь и пшеница. Иногда конец это только начало.

Не летать соколу и ворону вместе, не делить на двоих одно небо.
Но той ночью делили они не только небо, но и город, и тайну, и цель, и безудержное чувство воли, что знакомо лишь тем, у кого есть пара крыльев.

– Что особенного в моей крови? – повторила она свой вопрос. Дух плескался в реке, отплывая всё дальше. – Ответь мне! – прикрикнула Дара, ощущая, как руки свело от сдерживаемой силы и ярости. – Солнце, чистое солнце, – промурлыкал совсем по-кошачьи водяной и скрылся в тёмных водах Звени.

Мальчишка склонил голову набок, видимо, припомнив историю о рыжем одноглазом разбойнике, что жил на вершине древнего дуба и метко плевался желудями прямо в темечко проезжавшим всадникам, отчего те падали замертво на землю. И у каждого разбойник вырывал левый глаз.

Только смерть имеет власть даже над богами.

— Поэтому я твой друг.
– Духи не умеют дружить.
— Совсем как люди.

– Так ты расколдуешь Милоша? – недоверчиво спросил Ежи.
Дара повела чёрной бровью.
– А что, есть куда дальше проклинать?

– Эх, милая, разве ж только с сильными нужно с уважением говорить? – с укором произнёс волхв. – Слабые нашего уважения не меньше заслужили.

Разве могла любовь сделать сердце таким жестоким? Дара не знала. Она никогда не любила. И никто не любил её.