Песталоцци. Воспитатель человечества

Если вы, как и я, получили педагогическое образование, то должны знать о том, что на рубеже XVIII–XIX веков жил величайший реформатор в сфере образования Иоганн Генрих Песталоцци. Имя швейцарского педагога действительно хорошо известно в России; возможно, кто-то даже вспомнит о принципе природосообразности, однако про другие инновационные для своего времени идеи расскажет далеко не каждый учитель (студент педвуза). По этому вопросу я полностью солидарна с автором книги о Песталоцци А. М. Максимовым, вышедшей в серии «ЖЗЛ» в Год педагога и наставника.

…образование человека — это возникновение человека. ⟨...⟩ Нам-то всё кажется: образование — это вбивание в голову бедных детей чего-то такого, что мы, взрослые, считаем важным. Но образование — не цель, а средство — средство, с помощью которого возникает новый человек.

Сразу отмечу, что аплодирую стоя издательству «Молодая гвардия», решившемуся на публикацию биографии о педагоге, поскольку жизненный путь людей, посвятивших себя изменению системы образования, мало кому может быть интересен вне связи с профессиональной деятельностью.

[Если не ошибаюсь, на данный момент времени в серии «ЖЗЛ» изданы книги всего о четырёх педагогах — И. Г. Песталоцци, К. Д. Ушинском, М. Монтессори, Я. Корчаке. А я бы с превеликим удовольствием прочитала биографии, например, С. В. Ковалевской, В. А. Сухомлинского, Э. Салливан, В. В. Давыдова, С. Н. Лысенковой, Л. С. Выготского и мн. др.]

Песталоцци действительно заслуживает того, чтобы о нём писали спустя почти два века после его кончины. Список сделанных им педагогических открытий можно перечислять бесконечно. Во-первых, он один из первых воплотил в жизнь идею доступного образования, в соответствии с которой дети должны посещать школу вне зависимости от социального положения своей семьи. Во-вторых, Песталоцци акцентировал внимание на целостном развитии личности ребёнка посредством единства интеллектуального, физического и нравственного воспитания. В-третьих, швейцарский педагог провозгласил поистине революционную по тем временам идею о том, что мать является первым воспитателем своего чада; именно любовь и внимание родительницы становятся основой для формирования морально-нравственных качеств ребёнка. Согласитесь, вряд ли об этих и других реформаторских идеях Песталоцци было бы интересно читать человеку, далёкому от педагогики, поэтому главная заслуга А. М. Максимова заключается в том, что он сумел рассказать о гениальности своего героя не слишком занудствуя.

Песталоцци всегда жил чрезвычайно быстро, но при этом никуда не спешил. Просто работал. Делал то, что считал нужным. И успевал невероятно много.

Между тем у меня имеется две претензии к биографии воспитателя человечества.

Претензия 1. Автор пишет, что его книга может оказаться полезной в первую очередь в деле семейного воспитания. Но каким образом? Ведь суть гениальных идей Песталоцци так и не была раскрыта. Да, писатель «прошёлся» по ключевым открытиям швейцарского педагога, однако за кадром остались способы воплощения теории в практику. Да и не должна биография из серии «ЖЗЛ» становиться учебником по педагогике. Зачем тогда навязывать книге функции, которые она априори не должна играть?

Памятник Иоганну Генриху Песталоцци, установленный на центральной площади в швейцарском городке Ивердон-ле-Бен (источник фотографии находится здесь)

Претензия 2. В описании жизненного пути Песталоцци намеренно или случайно автором оставлено много белых пятен. Особенно это касается периода закрытия школы в Ивердоне (Ивердонского института). Забавно, что А. М. Максимов даже попытался объяснить свою позицию, но для объективного освещения фактов биографии подобный подход вряд ли можно считать оправданным.

Именно в этом замке в своё время располагался известный на весь мир Ивердонский институт — последнее и самое амбициозное детище И. Г. Песталоцци (источник фотографии находится здесь)

Не хочется умалять значимости книги «Песталоцци. Воспитатель человечества», поэтому отмечу важный факт: некоторые детали жизни и деятельности великого педагога стали для меня настоящим открытием. К примеру, только благодаря автору я узнала, что швейцарский педагог не только обучал детей, но и организовывал курсы для учителей. То есть к сфере профессиональной деятельности Песталоцци, помимо дидактики, относилась ещё и андрагогика.

…нет на свете занятия лучше, интереснее и достойнее, чем помочь образоваться другому человеку.

Книга написана лёгким (иногда — излишне упрощённым) языком, поэтому читается она быстро. Писатель придерживается традиционного для биографии хронологического порядка, однако делает нелирические отступления, связанные со временем и местом происходящих событий, что позволяет сформировать более целостное представление о сделанных Песталоцци педагогических открытиях, оценить их значимость.

Природа, окружающий мир — вот лучшие учителя. Надо только научить ребёнка всматриваться и в природу, и в мир, и в окружающих людей.

Биография может стать первой ступенью при изучении гигантского наследия швейцарского педагога-новатора; наверное, её следует включать в список рекомендуемой литературы при изучении дисциплины «История педагогики и образования», однако вряд ли книгу будет интересно перечитывать.