Одержимость романами

Каждое утро я осматриваю тело на предмет признаков влюбленности – как если б это были царапины или синяки.

Смерть - это сосуд для выплеска всех уродливых, противоречивых эмоций. Она дает возможность уклониться от ответов, не задавая вопросов.

Экзистенциальный ужас - это своего рода роскошь.

Я подозреваю, что все, кто испытывает ко мне чувства, просто ошибаются, принимая меня за кого-то другого.

Я хочу встретиться со всеми, кто для него важен, - они научат меня, как стать воплощением его желаний.

Как там звучит эта знаменитая цитата Джона Уотерса? «Если вы пришли к кому-то домой потрахаться, а там не оказалось ни одной книги, бегите!»

Напиши финал, а с остальным разберешься позже.

Каждый раз, когда пытаешься написать правду, она меняется. Потому что происходит что-то еще. Информации становится все больше.

Когда в семье рождается писатель, семье конец.

Я представляю себе конфликт там, где его нет, потому что жизнь без конфликта подобна смерти.

Богатый писатель может написать хорошую книгу, и бедный писатель может написать хорошую книгу, но бедный писатель пишет свою книгу вопреки всему и стараясь в два раза больше, и это делает книгу бедного человека в два раза более стоящей.

На следующее утро я лежу в постели рядом с Калебом и изучаю контуры своего тела на предмет свидетельств — царапин или синяков. Теперь меня любят, так где же доказательства?

Его настойчивое желание видеть меня такой, какой я хочу, чтобы меня видели, похоже на любовь.

Иногда лучшее, что можно сделать для другого, — это уйти прочь.

В конце концов, кто бы отказался вернуться в прошлое, стать лучше?

Не стоит относиться к своей жизни как к роману.

Писатель во мне всегда хочет прожить какую-то историю.

Писательство — твоя первая любовь. Ставь его на первое место. Защищай его.