Экзистенциализм. Период становления

Шиллер высказал ряд принципиальных идей, чрезвычайно важных для романтизма. Он говорит: человек постольку человек, поскольку он играет. И поскольку он играет, он является человеком. Игра - это не детская забава, не чепуха какая-нибудь! Игра - это стихия культуры. Но как понимает Шиллер игру? Шиллер понимает ее как акт свободы, а не принудительности, как акт целостный (в игру мы вступаем целиком, не по частям), как нечто бескорыстное, а не корыстное. Игровое начало в культуре Шиллер подчеркивает и прославляет. Игру Шиллер противопоставляет труду, и он очень много и ярко пишет о современной буржуазной индустриальной культуре, которая разрушает человека, специализирует его. Труд - это нечто несвободное, не целостное, фрагментирующее личность в узком «профессиональном кретинизме». И это нечто не бескорыстное. Труд человека обесчеловечивает, превращает в робота, скотину, а игра снова делает человека человеком. «Ното Judens» (человек играющий), по Йохану Хейзинге, еще одному наследнику романтизма. Романтизм - гимн игре как антитезе труду, в индустриальном буржуазном обществе потогонному и специализированному.

Этика романтизма антиутилитарна, это этика героическая.

Какая этика у «Паруса» Лермонтова? Разбиться и погибнуть? Это бесполезно, но не бессмысленно. Не бесцельно. Вспомните призывные слова Гельдерлина: «Становление через гибель!»

Романтизм нарывается на катастрофу. Почти все романтики или сойдут с ума, или умрут молодыми.

Шелли утонул в двадцатидевятилетнем возрасте. Ките умер в двадцать шесть лет. Лермонтов погиб на дуэли в двадцать семь. Клейст застрелился. Веневитинов умер в двадцать два года. Гельдерлин сошел с ума, уйдя от бессмыслицы внешнего мира внутрь себя. (А его герой, древнегреческий маг и философ Эмпедокл, добровольно бросился в жерло вулкана Этна)

Конечно, романтики не живут долго. Но не долголетие и преуспевание является их целью. У них антибуржуазная, антиутилитарная установка. Установка на смысл, а не на пользу.