Цитаты из книги Йода. Свидание с тьмой

В переполненном холле космопорта стандартному модулю Р2 легко скрыться. Во-первых, благодаря небольшим габаритам. Высотой всего один метр, Р2 может быстро затеряться в плотной толпе людей, чагриан, гранов и прочих гуманоидов. И, помимо небольшого физического роста, этот дроид не обладает значительным „психологическим размером“. Для разумного органического существа другое разумное органическое существо представляет огромный интерес: будет ли это новое существо для него другом или врагом, поможет или причинит хлопоты, подставит его или займет ему очередь за стим-кафом? А вот дроиды в сознании среднестатистического обывателя занимают примерно такое же положение, как, скажем, сложные и интеллектуальные бытовые приборы — программируемый комбайн для приготовления пищи или „умная“ кровать. Для гуманоида любой дроид — если это не боевой дроид, который идет на него, стреляя из лазерной пушки — ничем не примечателен.
Зато дроиды видят друг друга „в натуральную величину“.

Камеры наблюдения свисали с потолка, будто вырванные из орбит глазные яблоки — жалкие дымящиеся клубки проводов, увенчанные оплавленными кусками стекла. Если бы камеры работали, они могли бы наблюдать за встречей двух любопытных персон. С одной стороны, ловко пробираясь между припаркованными кораблями, шел мастер Йода; в его глазах угрожающе мерцали зеленые воинственные огоньки.
Йода — другой Йода — с трудом спускался по выдвижной лестнице из кабины "Последнего шанса". Этот Йода шатался, как пьяный; он был грязный, весь в синяках и явно страдал от обезвоживания. Его щиколотки и запястья были связаны, одно ухо отклеилось и печально свисало с черепа, хлопая при ходьбе.
Первый Йода поднял световой меч, словно лампу, и окинул взглядом несчастную пародию на самого себя.
— Хм, — фыркнул он. — Пьян в стельку я, кажется!
— Звезды небесные, — прохрипел Паллиус Чафф. — Это же я! То есть это вы!

В космосе нет ни верха, ни низа. Конечно, всякий достаточно массивный объект — планета или звезда — создает гравитационное притяжение, но если не падать прямо в гравитационный колодец, это притяжение ощущается скорее как „к“, а не „на“. Поэтому, в строго формальном смысле, Асажж Вентресс, висевшая в глубоком космосе на борту „Последнего шанса“ — истребителя-веера от „Хуппла Паса Тиск“, [16] стройного и смертоносного, как она сама, с транспаристальной „кожей“ и лазерными пушками в „глазах“ — не кружила вокруг Корусканта, словно башенный сокол, высматривающий добычу.
Однако на взгляд какого-нибудь менее просвещенного наблюдателя, который мало что смыслил в физике и видел только жестокое удовлетворение в ее глазах при виде взлетающего корабля Йоды, дело обстояло именно так.

Тем временем на крыше небоскреба, возвышавшегося над Храмовым районом, двое дроидов доигрывали очередную голографическую партию. Солис — бесцветный дроид — смотрел, как его фигуры систематически загоняются в ловушки и уничтожаются фигурами его ливрейного товарища, Фиделиса. [15] Они уже давно и не один раз перебрали все мыслимые комбинации дежарика. Игра шла практически на равных, когда случай и безжалостность уравнивали шансы, но оба предпочитали аристократический, весьма интеллектуальный стратегический вариант. Сложность состояла в том, что Фиделису, который постоянно находился на службе, периодически обновляли программное обеспечение, в то время как Солис давным-давно существовал сам по себе, и новейшие программы голоигр не являлись для него наивысшим приоритетом.
В результате он проигрывал. Не всегда, не каждый раз, но тенденция была неуклонной и необратимой. Так уж устроен мир: те, кто в ливреях, преуспевают. Те, кто без ливрей… не очень.

Джей стиснул губы.
— Я следовал за ними до Вжуна, где было место сбора.
Мастер Йода напряженно покачал головой. Остальные посмотрели на него.
— Сильна темная сторона на Вжуне, — пробормотал Йода. — Знаете эту историю вы?
Все недоуменно уставились на него. Уголки рта Йоды печально опустились.
— Тяжелое испытание старость приносит: помнить, в чьи молодые уши говорил я что, надобно. Но он знает; помню я, говорили мы об этом, еще когда падаваном был он…
Джедаи переглянулись.
— Кто знает? — спросила мастер Чен.
Йода досадливо махнул посохом:
— Не важно это. Мастер Марук, продолжай.

— Прыгай прямо отсюда — ты сможешь это сделать. Я побегу по лестнице: все равно нам лучше зайти с разных сторон. Солис, ты пойдешь со мной!
— Нет, — сказал дроид.
Лазутчик повернулась к нему.
— Что?
Дроид пожал плечами:
— Не мое дело.
— Но они умирают!
— Да, животные умирают. Вам это свойственно, — ответил Солис. — Машины существуют, пока они в исправном состоянии. Возможно, по меркам Вселенной моя жизнь значит не слишком много, но я четыреста стандартных лет работал, планировал, запугивал и обманывал, чтобы сохранить ее. Я как-то привязался к своему существованию, и я не желаю рисковать им ради такого бесцельного дела, как отсрочка неизбежной смерти какого-то мяса.
Возмущение в глазах Лазутчика постепенно исчезло, сменившись чем-то вроде презрения.
— Что ж, если ты так смотришь на жизнь, то пожалуйста.
Фиделис передернул плечами в знак полного согласия.
— Шокирующее отсутствие жизненных ценностей. Такой экземпляр попадается в каждой серии, — чопорно сказал он, покачав головой.
Лазутчик, не ответив, бросилась вниз по лестнице.

Самой Вентресс не очень-то нравилось, как все происходит. В какой-то мере она бы предпочла убить старого джедая в поединке: Асажж Вентресс против мастера Йоды, меч против меча, победитель получает все. Но Дуку, хотя и был изысканным джентльменом с глубоким эстетическим чувством, никогда не путал изящество с эффективностью и никогда не жертвовал главной целью ради стиля. Целью было — убить Йоду, и если приходилось это делать грязно, жестоко и в чем-то непочтительно, то уж лучше так, чем давать ему даже малейший шанс уцелеть.

Противники Энакина имели стандартное вооружение — как правило, один ручной бластер и дополнительный в плече. Этот отряд был вооружен куда более эклектично: помимо встроенных бластеров, Джей заметил парочку стрелометов, акустические гранаты, два огнемета и даже две полых трубы, которые — он был в этом уверен — представляли собой не что иное как прототипы полевых генераторов луча захвата.
"Дооснащены под заказ. Как раз то оружие, которым стоит снарядить боевых дроидов, если ты охотишься на джедаев и слыхал, что они здорово умеют отражать бластерные выстрелы", мрачно подумал Джей.

— Сохраняйте спокойствие, — объявил он недоумевающим посетителям. — Я майор Куэкс из службы БПОИ Финдарского космопорта. Мы получили уведомление о присутствии на станции чрезвычайно опасного нелицензированного дроида. — Майор повернулся к Фиделису. — Производитель, модель и серийный номер, пожалуйста.
— Хозяин? — сказал Фиделис, вопросительно глядя на Уи.
Тот вытаращил глаза.
— Вы владелец этого дроида? — отрывисто спросил командир.
— Да, — сказал Фиделис.
— Нет! — крикнул Уи. — Что происходит? Кто вы такие?
— Бюро по борьбе с преступным одушевленным имуществом, оперативное подразделение, — пояснил Солис. — Вооружены полицейскими бластерами и нейростирателями.
Оперативное подразделение развернулось и уставилось на потрепанного, непокрашенного дроида.
— Этот со мной, — сказала Лазутчик.
— Это еще предстоит установить. У кого-либо из вас есть при себе оружие? — обратился майор Куэкс к Уи.
"Не смотри на меня, — подумала Лазутчик, зная, что он обязательно посмотрит. — Не оглядывайся, просто соври".
Уи повернулся к ней.
— Лазутчик?
— Ты ведь не забыл проверить свою бластерную пушку, а, братец?
— Я оценил ваше чувство юмора, — отметил Куэкс. — Мы, в службе безопасности, обожаем шутки о бластерных пушках, которые носят малолетние чужаки, путешествующие в компании опасных дроидов. Мы их любим больше всего на свете.
Солдаты покрепче сжали ружья.
Лазутчик поймала взгляд майора и призвала Силу — насколько хватало ее способностей.
— Нет, у нас нет никакого оружия. Правда, Уи?
Глаза Уи расширились, но намек он понял.
— Да, сэр. Мы всего лишь дети, — подтвердил он, и даже Лазутчик, прекрасно знавшая, что у нее под плащом спрятан световой меч, поразилась нелепому поведению майора, угрожающего двум невинным детям. Восемь солдат за спиной майора переглянулись и опустили оружие.
Финдианец постепенно расслабился. У него были такие длинные руки, что пальцы почти доставали до щиколоток.
— Вот и хорошо. Пожалуйста, сидите за этим столом вместе с дроидами, пока мы не объявим отмену тревоги.

Вообще-то я хотел попросить вас об одной маленькой услуге, — произнес дроид. Он показал рукой на зону общепита, расположенную вверху, над залом ожидания. — Я должен встретиться с товарищем вон в той забегаловке. Туда идти всего минут пять, но, как я понял, два дня назад Торговая Федерация атаковала космопорт "Главный Узел", и сейчас финдианцы очень серьезно относятся к мерам безопасности.
Лазутчик непонимающе уставилась на него.
— Я буду "дроидом без сопровождения", — объяснил Солис.
— О! — сказала Лазутчик. — Я об этом не подумала.
— Финдар, среди прочего, известен своим БПОИ — Бюро по борьбе с преступным одушевленным имуществом — которое с увлечением коллекционирует и перепродает разумные объекты вроде меня. Поскольку мне бы не хотелось быть схваченным и перепроданным, я подумал: не согласитесь ли вы сопроводить меня до места встречи?

Они стояли в очереди за билетами на следующий перелет — от станции Джоран до космопорта Вжун. На этот раз они изображали семью Кориксов.
— Поездка деловая или развлекательная? — скучающим голосом спросил служащий, когда подошла очередь Джея Марука.
— В основном развлекательная.
— На Вжун? — уточнил служащий. — Ну-ну.
— Ну… я на это надеюсь, — добавил Джей Марук с хорошо сыгранной дрожью в голосе. — Я по профессии химик, специалист по химии воды, и мне всегда хотелось заняться изучением знаменитых кислотных дождей. Детишки будут просто… э-э… играть на берегу и так далее…
— Ого! Думаю, им будет весело

Пробираясь через переполненную космическую станцию, путешественники купили у торговца шарики воздушного хлеба и стим-каф, который здесь наливали не в чашки, а в эластичные "груши". Даже переработанный воздух имел какой-то странный запах, а вкрадчивый синтезированный голос, доносившийся из динамиков, саркастически растягивал слова, отчего их собственное корускантское произношение казалось резким и отрывистым:
—  Если хотите, чтобы ваших дроидов арестовали и обыскали, не забудьте отправить их гулять без сопровождения.
— Ты слышал? — прошипела Лазутчик и постучала ногтями по голове своего Р2. — Так что будь паинькой.
Из-под купола дроида донеслось приглушенное непокорное сопение.

Было видно, как яростная энергия медленно покидает напряженное тело Уи. Его плечи поникли, руки опустились.
— Я всегда считал себя хорошим человеком, — тихо сказал падаван. — Я просто не понимал, зачем… воровать еду на кухне. Или списывать на экзаменах. Я был хорошим мальчиком. — Уи вздохнул. — Мне казалось, это то же самое, что быть хорошим человеком.
— Просто удивительно, как легко сопротивляться чужим искушениям, не правда ли? — сухо буркнул Джей. Ему вдруг стало жаль юношу. С одной стороны, он сочувствовал Уи; с другой — вспомнил, каким был сам в его возрасте: зажатый и вспыльчивый, он даже не подозревал о таких вещах. Всю жизнь принимая идеальное поведение за моральное достоинство, мальчишка лишь теперь столкнулся с трудными вопросами, которые ставит реальная жизнь — с вопросами, которые возникают на жизненном пути любого сына лавочника, не то что будущего рыцаря-джедая.