Яд материнской любви: Как мама придумывала мне болезни. Личная история о синдроме Мюнхгаузена

Для родителей естественно заботиться о здоровье своего ребенка, следить за его состоянием и обращаться к врачу в случае болезни. Но иногда мать, которая уверяет врачей, что ребенок тяжело болен и нуждается в постоянном уходе, лекарственной поддержке и процедурах, не здорова сама. У матери Ольги Ярмолович были ярко выраженные признаки делегированного синдрома Мюнхгаузена — редкого состояния, при котором родители намеренно вызывают у ребенка болезни или выдумывают их, чтобы обратиться за медицинск...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

227 оценок

5
33%
4
44%
3
17%
2
5%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 265Хотят прочитать 145

Рецензии

White_Amaryllis
13 июля 2025
Книга как переосмысление травмы
Я довольно давно интересуюсь синдромом Мюнхгаузена. Чаще всего в книгах и статьях мне попадался делегированный вариант этого расстройства, что логично – не думаю, что люди с подобным отклонением готовы признавать его наличие у себя.
На всякий случай, синдром Мюнхгаузена – это психическое расстройство, при котором человек намеренно симулирует симптомы физического или психического заболевания. Главная цель — привлечь внимание врачей и близких людей. И соответственно, делегированный – это вид, при котором симптомы различных болезней человек находит не у себя, а у того, кто находится в его власти – чаще всего у ребенка, реже – у пожилых людей.
Ольга Ярмолович делится воспоминаниями о своем детстве, в котором ее мать придумывала ей уйму всяческих заболеваний. Фактически огромное количество времени девочка провела в больницах. Интересный момент – когда ребенок начинает «ставить крестики», в каких отделениях он уже успел полежать.
Если вы решите прочитать эту книгу, важно понимать, что автор открыто говорит, что писала ее в первую очередь для себя самой – осмыслить, пережить, признаться в своей нелюбви к матери, искалечившей ее детство. А только во вторую – для привлечения внимания к этому синдрому.
Думаю, именно из-за этого приоритета Ярмолович частенько повторяется, довольно навязчиво говорит – я классная, я смогла справиться, у меня все хорошо. Такие вещи в большом количестве могут раздражать читателя, но понять Ольгу можно. Да и сами истории нередко однотипные. Это именно воспоминания о пережитом в детстве – без единой сюжетной линии, без подробной истории преодоления.
Но – если вы ничего не знаете о делегированном синдроме Мюнхгаузена, вам будет интересно. И пусть в таком изложении, но книга все равно нужная. Дети – самый незащищенный слой населения, а тут опасность идет от матери – того человека, который должен защищать. И слава богу, что в данном случае все было не настолько плачевно, как в случае Джипси Роуз Бланшар.
Читать далее
49 понравилось
0
191
AnnaMaiii
15 ноября 2023
Сейчас я уже без боли, с гордостью могу сказать: я действительно не такая, как все. Такой, как я, больше нет, я особенная — и мои возможности безграничны. Ваши, кстати, тоже.
Про Синдром Мюнхгаузена я уже была наслышана по той же часто упоминаемой здесь истории Диди и Джипси (сперва документалка, а потом и сам сериал), поэтому эта болезнь для меня не нова, даже наоборот, добавила еще больше интереса к ее изучению. А эта книга тоже еще и автобиографична, поэтому ее чтение вызывает боль, недоумение и благодарность за свою семью.
При чтении книги становится страшно от того, что это не выдумка фэнтези-романистов, а жуткая реальность. И одно дело, когда больной этим недугом человек вредит только себе, что тоже, безусловно, очень грустно, но другое – это делегированный синдром, при котором страдают беспомощные люди (дети, старики или по-настоящему больные родные). Финальные комментарии от психолога – это очень важная часть этого романа, финальный аккорд. Психолог раскрывает многие моменты и обозначает трудности в выявлении этой болезни. Даже уже известными реальными историями это подтверждается. Врачи идут на поводу у манипуляторов или боятся им отказать – а вдруг он ошибся и вместо реального лечения гоняет пациента по психологам. А если и найдутся врачи, что откажут в бессмысленных медицинских манипуляциях, то будут другие, что их проведут. И это страшно, кажется, что выхода нет и помочь несчастным нельзя. С этим надо что-то делать…
Сама история помимо рассказов о протекании синдрома поражает и жестокостью врачей, некоторых процедур, особенно учитывая тот факт, что их делать вовсе не нужно было. Невозможно понять, как взрослые люди проявляют такую жестокость к маленьким и беззащитным детям. Конечно, можно все списать на ненадежного рассказчика и детскую гиперболизацию всего, но почему-то даже на основе личного опыта верится во всю холодность и отчужденность врачей.
Меня бесконечно восхищает и радует главная героиня книги – она же автор. Пережить весь ужас и не потерять веру в счастливую жизнь – это многого стоит. Хочется надеяться, что подобных работ будет больше, о проблеме станут говорить шире, а несчастные больные и/или им подвластные получат помощь и шанс на нормальную и счастливую жизнь.
Читать далее
19 понравилось
0
367
EvgeniyaShriber97
29 августа 2024
Страх и ужас
Читать было страшно, читать было больно, читать было жутко. Моментами у меня по коже бежали мурашки, волосы вставали волосы дыбом, из глаз текли слезы. Однако на эту книгу советую обратить внимание всем и каждому!
Ольга Ярмолович рассказывает свою историю. О том, как она все детство и юные годы прожила с матерью, болеющей делегированным синдромом Мюнхгаузена. Если кто не знает, это когда одному человеку кажется, что у другого куча болезней, из-за чего надо постоянно проверяться и по каждому чиху вызывать скорую и ложиться в больницу. В группе риска дети, инвалиды и пожилые родственники.
Хоть книжка и небольшая, но автор поднимает сразу несколько проблем. Во-первых, это сам синдром Мюнхгаузена. Который, кстати, может быть обычным, когда человек сам у себя болячки ищет, так и делегированным, когда переносит на другого. Что у нас в России, что во всем остальном мире это очень острая проблема, так как психическое расстройство, а это оно, маскируется под заботу. Его трудно диагностировать, сложно вообще подумать, что это именно то самое. Даже врачи далеко не сразу доходят, если доходят. А если и возникают подозрения, то кто скажет такой вот мамочке: "Да вы все придумываете, ваш ребенок абсолютно здоров, а у вас кукуха едет?".
Дальше другая сторона, это собственно отношения родителей и детей. Ольга с самых истоков рассказывает, как строилось общение, что говорила мать, чем оправдывала свое поведение. И с ней то понятно, кукундей отъехал давно, но отец! А он тут есть. Все в таких ситуациях забывают почему-то, что у ребенка 2 родителя. В этой истории он как-то самоустранился от этого всего. А надо было бить тревогу!!!
А главное, мать вообще начисто забыла хоть о какой-то эмпатии. Лечим все зубы без наркоза? Естественно. Над ребенком чуть ли не эксперименты ставят в больнице? Да ну и что, постою посмотрю. То есть на бумаге забота, а на деле полное ее отсутствие. Плюс еще использование ребенка, чтобы получать внимание окружающих. Срывание на нем злости из-за своей неудавшейся жизни. Всего не опишешь.

"Она не радовалась, а огорчалась из-за того, что у меня нет тяжелого заболевания".
"Речи о том, чтобы поддержать меня, успокоить или приободрить, не шло. Мать была слишком сконцентрирована на собственных переживаниях".
Также здесь передача насилия из поколения в поколение. Началось в их семье все не с мамашки, а еще с бабки, если не пробабки. Потомственные врачи, все они лучше всех знают, каждую температуру 36,8 приписывают уже чуть ли не смертельной болезни. Я согласна, не у всех так бывает, но здесь это прям расцвело пышным цветом.
И поднимается тема, как вот эти детские установки, привитые матерью, влияют на человека уже взрослого, осознавшего всю суть проблемы и отдалившегося от такой родительницы. Как сложно бороться с этим, сепарироваться и жить своей жизнью.

"Тогда я уже была замужем, мы жили отдельно от родителей, не зависели от них материально и мама вроде как уже не влияла на принимаемые мной решения и мою жизнь. Ключевыми тут, безусловно, являются слова «вроде как»".
Отдельный ужас, это, конечно, поблемы в медицине и больницах. От посещений стоматологов, обследования на гинекологическом кресле и всяких других манипуляций просто мурашки по коже. Исколоть ребенку все руки, так как не можете попасть в вену, что аж кровь бежит? Как нефиг делать. Дать студенту с трясущимися руками делать укол в глаз маленькому ребенку? Дайте два!
Однако книга еще и мотивирующая. Ольге удалось вырваться из лап матери и стать счастливой. Но для этого столько пришлось пройти, и этот путь еще очень долго не закончится. Когда читала последние главы с выводами, с тем, как автор проходила тяжелый момент осознания и отдаления, в глаза стояли слезы.

"Может показаться, что все изменилось волшебным образом, по щелчку пальцев, но это не так. Ушли годы, литры слез, океан чувства вины, часы в кабинете у психолога, еще столько же в разговорах с мамой — итогом чего стало наконец-то данное себе разрешение жить так, как хочу я, не оглядываясь на мамино мнение. Вообще ни на чье мнение не оглядываясь".
Просто стекло:

"Иногда мне казалось, что мама на самом деле не моя. Я фантазировала, что где-то есть настоящая мама, у которой меня украли. Эта «настоящая мама» добрее, красивее и нежнее. Она будет обнимать меня и говорить, что любит".
И вот краткий итог:

"Теперь я называю вещи своими именами: моя мать применяла в отношении меня физическое и психическое насилие, газлайтинг, манипулирование — и я ее не люблю. Зато я люблю себя. Я классная, сильная, многого достигла — и у меня еще целый вагон планов, в которые не входит получать любовь и заботу через болезни. Если что-то не выйдет, то будет опытом, потому что ошибаться не просто нормально, но даже хорошо и необходимо".
О проблеме нужно и важно говорить, даже кричать! Жертвам надо рассказывать свои истории! И про таких родителей! Ведь за такой псевдозаботой скрывается реальное насилие, причем над детьми. Они в этом возрасте не понимают, что что-то не так. Слепо верят маме/папе. Меня лично не волнует, расстройство это или нет, такого ужаса не должны делать с ребенком.

"Делегированный синдром Мюнхгаузена похож на домашнее насилие, только его сложнее распознать и жертвами становятся, как правило, дети. Они малы, не понимают происходящего и не имеют возможности предать огласке. Например, я смогла рассказать о том, через что прошла, только в 34 года. Кому поверят скорее — ребенку шести, семи, восьми лет — или внимательной взволнованной маме, которая так нежно гладит его по голове? Если взрослые люди (пусть и травмированные), обладающие критическим мышлением, которых бьет партнер, молчат о насилии, то что говорить о детях, которые не могут оценить, правильно поступают их родители или нет, не могут возразить им и противостоять. Ребенок, который не разбирается в медицине, не может самостоятельно определить состояние своего здоровья и полностью зависит от своих родителей. Он может только слепо верить в то, что ему говорят старшие".
Читать далее
12 понравилось
0
179