Лунный свет

– Знаете, вы можете идти.
– Знаю, но я присматриваю за тобой, как велел доктор.
– Не думаю, что доктор Флорес имел в виду это. – Она зевнула, потом нахмурилась. – Поверить не могу, что я упала.
– Случается.
– Голая в душе, – добавила она.
– Ну. Большинство людей голые, когда принимают душ. – Он улыбнулся, прекрасно зная, что она закатила глаза, хоть и не мог этого видеть.

– О, вы двое, – Стефан резко рассмеялся, – горой друг за друга, когда не пытаетесь перегрызть друг другу глотки.
Люциан тонко улыбнулся.
– Тебе повезло, что тут нет Гейба.
– Думаю, если бы мы тут были все втроём, – Дев опустил свой бокал, – кто-то четвертый обоссался бы.

«В этом заключался интерес жизни. Жизнь такая. Ошибки будут совершаться».

Ты знаешь, что мы такое. Что мы всегда в итоге творим с людьми. Мы разрушаем их, а потом живем так, будто, черт возьми, ничего не произошло.

Легенды говорят, что лишь две вещи могут случиться с женщинами семьи де Винсент или с женщинами, которые приходят сюда. Они либо… сходят с ума, либо умирают.

У всех есть скелеты в шкафу. Помните об этом.

Это действительно задело бы мои чувства, если бы они у меня были.

Я не просто ненормальный, мисс Хьюз. Я сломанный, но меня не нужно чинить. Я не хочу, чтобы меня чинили. - Он захватил её. - Мне нравятся все мои долбанные осколки и куски. Они делают меня тем, кто я есть. Они делают меня настоящим. Вопрос в том, сможешь ли ты принять это?

Люди обычно честны, когда невежливы, — он поднял взгляд на ее глаза, — и обычно врут, когда вежливы.

— Правда не всегда приятна.

Безопасность в количестве.

Та, кто остаётся с мужем, который относится к ней, как к дерьму, будет податлива и легко управляема.

он считал, что ты так же полезен, как вилка в сахарнице.

Тих и так же холоден, как свежевырытая могила.

«Дурная земля портит людей, которые живут тут».

Правда не всегда приятна.

- Сколько времени?

- Самое время мне опуститься на колени в душе и убедиться, что весь остаток дня ты будешь вспоми-нать, какой искусный у меня язык.

Еще одно холодное место, где могла бы вырасти любовь, но иссохла, заболела и завяла.