Devil and the Dark Water

Арент чуть не рассмеялся. Если Старый Том эхочет, чтобы они здесь страдали, надо всего-то оставить их в покое. Они все сделают сами, бесплатно да с таким злобным ликованием, какое демонам и не снилось.

Пощада - худшая из ран. Она никогда не затягивается.

Выхватив кинжал быстрее, чем волк открывает свою клыкастую пасть

Зигзаги молнии ударяли в палубу. Кроуэлс молил Бога о спасении корабля, а когда разуверился в том, что его молитвы услышаны, обратился к Старому Тому.
«Вот так и продают душу дьяволу», — с горечью думал он. С протянутой рукой, лишившись всякой надежды и не получив ответа на искреннюю мольбу.

Видишь ли, я считаю, что книга такая, какой она тебе кажется. Пейзажи, запахи, персонажи  – они такие, какими видишь ты! Поэтому я и люблю книги. Как нет одинаковых читателей, так нет и единого восприятия книги.

Аренту хотелось большего. Его не манили ни власть, ни деньги. Он хотел найти такое место, где важнее всего честь. Где сильные защищают слабых, а трон не переходит по наследству от одного безумца к другому.
Но он везде встречал одно и то же. Сила была единственной ценностью, а власть – единственной целью. Доброту, сострадание, отзывчивость ни во что не ставили и считали слабостью.

— Я-то во всё это нисколечко не верю, но генерал-губернатор чего-то опасается. 

— Вы не верите в демонов, Дрехт?

— Что-то я не видел, чтобы демон убивал ребёнка, насиловал женщину или поджигал дом вместе с его обитателями. Вы были на войне, Хейс. И знаете, что творят мужчины, когда их никто и ничто не сдерживает.

Удача. Арент терпеть не мог это слово. Признание факта, но не объяснение. На удачу остаётся полагаться, когда тебя покидают и здравый смысл, и умение.

Бог был надеждой, а людям нужна надежда так же, как нужны тепло, еда, эль.
Но порой надежда оборачивалась разочарованием.
Несчастным нужно было чем-то оправдать свои страдания, обвинить кого-то в своих неудачах. Напавшую на урожай паршу не сожжешь, но ее наслала ведьма, на роль которой годилась какая-нибудь нищенка,

С вопросами почти всегда так - редко когда найдется простой ответ.

Сэмми был непревзойденным мастером уничтожительных взглядов. Таким, какой он бросил на Арента, можно было бы снять кору с дерева.

Один за другим фонари зажглись на всех кораблях флотилии. В бесконечной тьме горели семь огней, будто в море упали семь звёзд и не погасли.

Вопросы - клинки, а ответы - щиты.

Знаешь, почему матросы терпеть не могут солдат? Потому что мы их так настраиваем. Иначе они поймут, что на самом деле ненавидят друг друга, и тогда дома нам не видать.

Сэмми менял мир взмахом руки.
Тут-то и крылась загвоздка. Дрехт хотел знать, какой Сэмми, но ответить на этот вопрос было не просто. Арент мог бы назвать его умным, талантливым, непревзойденным, а мог – тщеславным, жадным, ленивым и порой жестоким. Каждое слово было бы правдой, но не всей.
Небо не просто голубое. Море не просто мокрое. А Сэмми не такой, как все. Богатство, власть, положение ничего для него не значили. Если он считал, что человек виновен, он прямо заявлял об этом.